Среднее время прочтения — 49 мин.

Вступление | Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4Глава 5 | Глава 6 |
Глава 7 | Глава 8 | Глава 9

Читает Тарасов Валентин
Подкаст на YouTube, Apple, Spotify и других сервисах

Часть 3. Мышление в 3D

«Проблема этого мира в том, что глупцы и фанатики слишком уверены в себе, а умные люди полны сомнений»
Бертран Рассел

Глава 7. Лестница мышления

Почему мы вообще во что-то верим?

Мы затронули уже немало разных концепций, но большую их часть объединяет одно — человеческие убеждения. Из них складывается наше восприятие реальности, они управляют нашим поведением и придают направление жизненному пути. Ход истории определили убеждения людей прошлого, а наши нынешние сформируют облик будущего.

Поэтому кажется важным понять, как именно мы приходим к тем или иным убеждениям.

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно научиться смотреть на  человеческое мышление в 3D. К концу третьей части вы поймете, что я имею в виду, а в этой главе давайте рассмотрим двумерную модель.

Двумерная картинка

Первое «измерение» отвечает на вопрос ЧТО: что мы видим вокруг, что происходит в обществе, что люди говорят и делают, во что верят. 

Оно одно дает об этом лишь поверхностное представление, однако, если копнуть глубже, окажется, что у всего на свете есть и второе.

Чтобы увидеть двумерную картинку, нам понадобятся «рентгеновские очки»:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 1

Без них любой человек для нас выглядит так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 2

Это его одномерное изображение. Сюда же относятся особенности его поведения, его взгляды и характер. Мы видим, что это за человек.

А посмотрев на него же через рентгеновские очки, мы видим вот что:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 3

В наших очках многие загадки человеческой природы становятся не такими загадочными. Рентгеновским зрением можно увидеть скрытые психологические механизмы, которые находятся за пределами первого измерения.

Небольшое напоминание.

В первой главе мы говорили, что животный мир — это на самом деле мир генетических цепочек, каждая из которых извечно стремится к бессмертию. Животные лишь биологические контейнеры, временные прибежища на этом бесконечном пути. И чтобы их контролировать, гены установили в них примитивную прошивку, которая, я уверен, выглядит именно так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 4

Примитивный разум каждого животного (и человека в том числе) почти идеально справляется с тем, чтобы до смерти оно успело передать бесценный генетический материал новым контейнерам.

Ученые пока не пришли к единому мнению, но многие из них считают, что около 11 тысяч лет до н. э. люди во всех частях света жили в племенах охотников-собирателей. Это 13 тысяч лет назад. Или 500 поколений назад, если считать 25 лет одним поколением.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 5

Для эволюции 500 поколений — ничто, поэтому в данный момент Примитивный разум (настройки которого мы не можем изменить) находится на том же уровне развития, что и 11 тысяч лет до н. э. Представьте, будто вы компьютер с допотопной операционной системой, которую не обновляли последние 13 тысяч лет. 

Однако человек — это не только Примитивный разум. Он обладает когнитивными суперспособностями, которые в совокупности составляют усовершенствованный центр сознания, который мы называем разумом Высокоразвитым.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 6

Его волшебные мыслительные способности помогли превратить характерные для нашего вида племена охотников-собирателей в один из самых необычных ареалов обитания — современную цивилизацию. А его осознанность позволяет человеку смотреть на мир ясными глазами, вести себя адекватно в любой среде и оперативно реагировать на изменение условий.

Получается, наш Примитивный разум по-прежнему живет в реалиях 11-го тысячелетия до н. э., а Высокоразвитый — вместе с нами, здесь и сейчас. Именно поэтому, несмотря на то что оба всего лишь пытаются делать свою работу, чаще всего они не ладят. 

Порой они не могут решить, что для нас лучше всего, — конфликт носит практический характер.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 7
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 8
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 9
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 10
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 11
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 12
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 13
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 14
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 15

Этот конфликт заключается в том, что обе стороны нашего разума разделяют общие ценности, однако предлагают разные пути достижения цели. Простой пример: вы в раздумьях, стоит ли есть пару пачек Скиттлс за один присест. С одной стороны, оба разума согласны, что физическое здоровье имеет первостепенное значение. А с другой, Примитивный разум, всё еще живущий в 11-тысячном году до н. э., знает, как трудно добывать бесценные калории. Магазинной еды тогда не было, а вкус и текстура, как у Скиттлс, могла быть только у очень калорийной пищи. Иными словами, Примитивный разум считает, что полезнее съесть всё сразу. А живущий в современном мире Высокоразвитый прекрасно осознает, что объедаться конфетками — не самая здоровая привычка. На этой почве и возникает внутренний конфликт.

Конфликты того же рода приводят и к спорам по поводу наших страхов.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 16
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 17
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 18

Иногда конфликт может быть несколько глубже.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 19
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 20
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 21
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 22
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 23

Подобные разногласия могут возникать, когда разумы не сходятся во мнении, какая из потребностей важнее, — вступают в ценностный конфликт. Происходит он, когда у Высокоразвитого разума возникают этические возражения против того, на что запрограммирован разум Примитивный. Согласно программе, Примитивный разум отчаянно старается, чтобы его генетический груз получило как можно больше новых контейнеров. При этом жертвуя тем, что важно для Высокоразвитого разума: добротой, порядочностью, профессионализмом или супружеской верностью. Ценностный конфликт возникает каждый раз, когда мы сталкиваемся с укорами совести и поступаем вопреки своим принципам.

Может сложиться и обратная ситуация: Высокоразвитый разум побуждает сделать то, чему Примитивный разум по своей природе обязан противиться. Скажем, прибраться или пожертвовать на благотворительность.

Человек так сложно устроен, потому что каждый из нас — результат борьбы двух в корне не похожих и часто противоречащих друг другу сил.

Непрерывное противостояние огня и света у нас в голове напоминает перетягивание каната в борьбе за наши мысли, эмоции, ценности, суждения и сознание в целом.

Если через рентгеновские очки мы посмотрим на человека, чьим сознанием управляет Высокоразвитый разум, то увидим следующее:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 24

Даже когда у сильного Высокоразвитого разума всё под контролем, Примитивный может безобразничать, но его достаточно дернуть за поводок, как собаку на прогулке.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 25

Однако, когда соотношение сил меняется, Примитивный разум напоминает сбежавшего из зоопарка слона.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 26
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 27

Ментальное перетягивание каната имеет не только два крайних состояния, оно больше напоминает спектр. Назовем его психологическим спектром.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 28

Устроен он следующим образом.

Примитивный разум всегда находится в нижней части — это основа человеческой психики. Высокоразвитый, напротив, разместился вверху — на пике ее развития.

Ваше положение на спектре в конкретный момент определяется тем, кто побеждает в борьбе за ваше сознание.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 29

На вершине вам доступны преимущества обоих разумов. Высокоразвитый осознает, что примитивные удовольствия: секс, еда и несерьезный трибализм, как у фанатов разных команд, — приятная и необходимая часть жизни. Как хороший хозяин, он иногда спускает Примитивный разум с поводка и дает немного повеселиться. Примитивные радости доставляют море удовольствия — до тех пор, пока Высокоразвитый разум контролирует их и следит, чтобы всё было в меру, по делу и никому не приносило вреда.

На дне психологического спектра вы близоруки и узколобы, вами движут самые низшие эмоции и ваше эго, вам недостает осознанности. Сострадания становится меньше, лицемерия больше. Примитивный разум работает на автомате: он задымляет сознание и не дает увидеть, как мерзко вы себя ведете.

Ваше положение на психологическом спектре меняется каждый день, месяц и год вашей жизни, поскольку мы переживаем то белые, то черные полосы, то удачные дни, то не очень, то всему радуемся, то всё раздражает. Достаточно не выспаться, чтобы на утро оказаться на спектре ниже, чем вчера. Но если бы можно было дать всем своим состояниям количественную оценку, получилось бы некоторое среднее значение. Назовем его психологическим равновесием. В течение жизни мы растем и развиваемся, а с нами меняется и эта точка.

Биологический и психологический возраст

Давайте определимся с терминами: биологический возраст не тождественен психологическому. Биологический возраст отражает лишь количество прожитых лет, психологический говорит о накопленной мудрости. Говоря о людях, первый мы будем обозначать словом «взрослый», второй — словом «зрелый».

Мудрость приходит с жизненным опытом, однако воспользоваться ей удается только тогда, когда нами движет Высокоразвитый разум. Когда наши сознание и сила воли поддаются влиянию древней прошивки, мы возвращаемся к наихудшей версии себя.

Изменение биологического возраста линейно, размеренно и не отличается у разных людей, а путь по психологическому спектру уникален для каждого. Именно поэтому мир полон инфантильных взрослых и не по годам мудрых детей.

Психологический возраст распределен в нас неравномерно: в одних вопросах мы можем быть мудры, а с другими испытывать сложности. У каждого есть слепые зоны, где психологический возраст не соответствует биологическому, — там, где мы психологически недоразвиты.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 30

Так что вопрос, отстаете ли вы в развитии, даже не стоит. Вопрос в том, где именно.

Уверен, что на это, как и на психику в целом, сильно влияет природа. Мы уже на генетическом уровне склонны к недоразвитости в определенных областях. Но, конечно же, за массой проблем на психологическом спектре стоит воспитание. Я не психолог, но если взять меня самого и тех, кого я хорошо знаю, на ум приходит несколько подозреваемых.

1) Области, в которых недоразвиты ваши родители. В каких-то сферах родители как будто бы знают всё, ими хочется восхищаться. А иногда не верится, как можно быть такими непутевыми и что это их нужно воспитывать. Дело в том, что мудрость неравномерно распределена и в ваших родителях. Как и все, они где-то отстают и переживают ту же внутреннюю борьбу. Недоразвитые области, как правило, дело семейное. Вероятно, вы отстаете в тех же сферах, в которых вас раздражают ваши родители. Заметить это в себе куда сложнее. Недостатки могут проявляться немного по-другому, и именно поэтому, можно не замечать бревно у себя в глазу, при этом прекрасно видя соринки в чужих.

Одна из причин таких семейных недугов заключается в том, что детей воспитывают не родители — их воспитывают Высокоразвитый и Примитивный разумы родителей. В тех сферах жизни, где ваши родители поступают с умом, вас воспитывал их Высокоразвитый разум. Эту сферу вы изучали с его помощью, и привычка закрепилась.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 31
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 32

С другой стороны, в тех сферах, где родители ведут себя как дети, вас воспитывал… ребенок. В этих областях ваши родители еще не совладали со своим Примитивным разумом, который заодно воспитал и вас.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 31
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 34

Примитивный разум мастерски умеет использовать страх, гордость и другие примитивные эмоции, чтобы спровоцировать Примитивные разумы других людей. Восприятие определенной сферы жизни через призму Примитивного разума тоже входит в привычку, от которой многие тщетно пытаются избавиться на протяжении всей жизни. В ситуациях, где ваши родители были боязливы, недобросовестны, мелочны, высокомерны, хвастливы, наглы, несправедливы, завистливы, жестоки, избалованы, равнодушны, нерешительны, не уверены в себе, эгоистичны или неадекватны, вы сами столкнетесь с психологическими сложностями. В этих областях вы начнете с психологически примитивной точки и вам придется изрядно поднапрячься, чтобы это перерасти.

2) Сферы жизни, где ваш Примитивный разум был травмирован. Если в какой-то момент вы сталкивались с издевательствами, пренебрежительным отношением, стыдом, насмешками, предательством, неприятием, одиночеством, несчастной любовью, дискриминацией или разочарованием, ваш Примитивный разум прошел через ад. Такие воспоминания впечатываются ему в память, и, если вы до конца не проанализируете произошедшее, ваша психика так и останется травмированной. Обработать, перевязать и начать лечить эту рану может лишь Высокоразвитый разум. А до тех пор вас будет неотступно преследовать ваша предыдущая версия — возраст, в котором вы были, когда произошла травма. Например, вы были изгоем в школе и так толком не проработали этот кошмар. Спустя 20 лет даже при намеке на возможность оказаться вне группы вы не выдержите и станете вести себя как ребенок. Травмированный школьник проснется и захватит вашу психику, в результате чего ваш психологический возраст станет равным возрасту школьника. Необработанные травмы прошлого — это больные точки вашей психики, из-за которых вы склонны попадать в бессознательные руки Примитивного разума.

3) Сферы, где Примитивный разум провоцирует среда. Ваша текущая среда состоит из мест, где вы проводите время, людей, с которыми общаетесь, и потока информации, которая поступает в ваш мозг из внешнего мира. Среда постоянно влияет на вас и наоборот: когда вы говорите или самовыражаетесь как-то еще, среда реагирует. Это постоянное взаимодействие может оказывать на вас всевозможные эффекты — от крайне позитивного до нейтрального и крайне негативного. В какой-то момент это взаимодействие неизбежно спровоцирует ваш Примитивный разум: офисные сплетни, ангажированный новостной сайт, нездоровая дружба и множество других элементов нашей среды могут тянуть нас к низу психологического спектра.

Воспитание, травмы и среда описывают далеко не всё, но мой собственный жизненный опыт говорит, что эти аспекты занимают не последнее место в списке актуальных психологических проблем любого человека.

Для каждого из нас сложности личностного роста определяются списком проблемных областей, связанных с местом на психологическом спектре. Это перечень ситуаций, где жизнь будет непростой. Где мы кого-то обидим, где о чем-то пожалеем. Этот список отделяет нас от идеальной жизни, и его мы встроим (а может, уже встроили) в наших детей, если не начнем постоянно анализировать и работать над собой в тех областях, где не справились наши родители. 

Большую часть человеческих проблем можно свести к тому, что беспризорный Примитивный разум получает свое в обход взвешенного решения Высокоразвитого. В этом причины хронической прокрастинации, хронического переедания, вспышек гнева, измен, сексуального насилия и прочих чудовищных вещей, которые люди делают с собой и окружающими. Во времена охотников-собирателей Примитивный разум по большей части был к месту. Но в современном мире это наше коллективное психическое заболевание. И никто от него не застрахован.

Вернемся к нашим измерениям. Корень многих наших проблем кроется в том, что во время разговора мы сильно упрощаем сложные явления. Смотреть на мир одномерно, как правило, плохая идея.

К примеру, благосостояние в одном измерении выглядит так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 35

Если нужно свалить на кого-то вину за все общественные недостатки, но в вашем распоряжении только одно измерение, выбор у вас невелик: виноваты либо богатые, либо бедные, либо все сразу, либо никто.

Но недавно я наткнулся на занимательную картинку:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 36

Она призывает нас расширить поле зрения. К оси благосостояния добавили вторую ось. Меняем их местами и получаем нечто подобное:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 37

Даже если вы не согласны с точкой зрения на предыдущей картинке, второе измерение сделает наш разговор куда более детальным.

В оставшихся главах ко всем рассматриваемым темам мы будем добавлять только одно второе измерение: психологический спектр.

Сложность в том, что всех нас приучили мыслить одномерно — смотреть на то, как ведут себя люди. Мы смотрим на поведение людей, на их слова, склонности, привычки, темперамент — и всё. Психологический спектр добавляет еще один важный аспект, он отвечает на вопрос: «Почему люди так себя ведут?». Когда вам нагрубил кассир, можно взглянуть на ситуацию в одном измерении: решить, что он мудак. А можно надеть рентгеновские очки и увидеть, что над ним взял верх его Примитивный разум. И подумать почему. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 38

Когда смотришь на всё в 2D, нет смысла ненавидеть людей, которые ведут себя по-свински. Какой смысл ненавидеть древнюю запрограммированную на выживание прошивку, которая заставляет их это делать? Ты видишь, что «мудак» словно попал в руки демона — в чьи руки ты и сам иногда попадаешь (в этом можно убедиться, посмотрев в 2D на себя).

Как только добавляешь в мыслительный процесс второе измерение, начинаешь замечать, что пользуешься им повсюду. В моем блоге мы проделывали это уже несколько раз. Пришло время перенести второе измерение в мир человеческих убеждений и найти ответ на главный вопрос: почему мы во что-то верим?

Битва за наши убеждения

В одном измерении весь диапазон убеждений выглядит так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 39

Спектр мнений (мы не раз пользовались им в предыдущих двух главах) полезен, когда нужно изучить, каких взглядов придерживаются люди. Этого было достаточно во второй части, когда мы поверхностно говорили о рынке мнений, о том, как американцы всей страной могут приходить к коллективному решению и как это решение может изменяться со временем. Но скоро мы увидим, что это далеко не полная картина. 

На спектре мнений отмечается то, во что мы верим. И это важная информация, однако ценность убеждения полностью зависит от того, как к нему пришли.

Для этого нужна вторая ось. Лучше всего подойдет психологический спектр, на котором отмечены разные способы мыслить и формировать убеждения.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 40

Таким образом ось превратилась в плоскость — и теперь наш разговор станет интереснее.

Мы будем изучать процесс формирования убеждений, который можно обозначить так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 41

На нашей плоскости позиция на оси X показывает, к какой точке Б пришел человек, — результат его мыслительного процесса. Положение на оси Y сообщает, по какой стрелке он туда попал, —  посредством какой процедуры и с какой целью.

Наше место на оси Y зависит от того, кто сейчас побеждает в ментальном перетягивании каната. Поэтому в первую очередь нужно узнать…

Как мыслит каждый из разумов

Наши взгляды зависят от того, как устроен наш мыслительный процесс, а его устройство — от нашей интеллектуальной мотивации. Прежде всего, мы мыслим так, как нам выгоднее.

Интеллектуальная мотивация, как правило, отражает наши ценности — а точнее их иерархию. Большинство из нас ценит и здоровье, и удовольствие от еды, но станем мы переедать или нет, определяется тем, какие ценности будут нести наибольший вес. Ценности как будто сложены у нас в голове в виде стопки.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 42

На ее вершине находятся ценности, которые мы считаем священными, а чем ниже по стопке, тем меньше значения придается каждой ценности. Всякий раз, когда две ценности противоречат друг другу, на компромисс будет идти нижняя, а верхняя не шелохнется.

И конечно, разумы совершенно не согласны друг с другом насчет иерархии в вашей стопке.

В плане интеллектуальной деятельности Высокоразвитый разум превыше всего ценит истину. Его интеллектуальная задача  —  направлять убеждения (читай, восприятие реальности) как можно ближе к реальности фактической.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 43

Всё потому, что именно из истины он черпает свою силу. Зависимость тут прямая: чем больше у Высокоразвитого разума доступа к истине, тем ярче его свет, и тем мудрее вы.

В силу специфики самой задачи и того факта, что она чрезвычайно сложна и в принципе не выполнима до конца, со стороны Высокоразвитого разума совершенно логично относиться к своему восприятию реальности скептически и сильно не привязываться к точкам зрения, которые это восприятие создают. Эти убеждения для него как черновик, который всегда можно переписать, и по мере того как он живет дальше и узнает больше, Высокоразвитый разум только рад возможности исправить неизбежные недостатки. Потому что пересмотр убеждений свидетельствует о прогрессе — о том, что он уменьшил свою некомпетентность, глупость, степень заблуждения. Раз мнение изменилось, значит, его свет становится ярче — для него это важнее всего.

А что Примитивный разум?

Интуитивно понятно, почему он будет противиться супружеской верности, но чем ему не угодил описанный выше подход к формированию убеждений? Разве истина не помогает генам выжить?

В том-то и дело, что нет. Истина Примитивный разум интересует мало.

Его убеждения устанавливаются в раннем возрасте — примерно как иммунная система, которую настраивает окружающая среда. «Интеллектуальная среда», формирующая убеждения Примитивного разума, по большей части состоит из убеждений семьи и социальной группы, в котором мы растем. На уровне одного человека Примитивный разум рассматривает эти убеждения как фундаментальную, священную часть своей личности — не менее важную, чем руки, легкие и сердце. На групповом уровне убеждения — важнейший узел, подключающий человека к великану, который (в древнем мире Примитивного разума) гарантирует место в спасательной шлюпке. Вот почему этот разум помещает убеждения в ту же самую ультра-приоритетную категорию, что и основные биологические потребности.

Учитывая всё это, последнее, что нужно Примитивному разуму, — это чтобы вы скептически относились к своим убеждениям или планировали их пересматривать. Ему нужно, чтобы вы относились к своим убеждениям как к священным — как к драгоценным органам или как к местам в спасательной шлюпке. Примитивный разум относится к убеждениям так же, как он относится ко всему остальному, как к средству достижения единственной цели — выживанию генов. В его понимании правильные убеждения создают наиболее сильное чувство принадлежности и лучше всего соединяют с большим и сильным великаном. Постоянные поиски истины прямо противоположны этим мотивам.

Поэтому в плане убеждений Примитивному разуму не нужна истина, ему нужно подтверждение ваших текущих взглядов.

И как на нас влияет этот внутренний конфликт? Делает из нас самых настоящих психов!

Давайте структурируем наше маленькое исследование коллективного безумия и разделим психологический спектр на четыре части:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 44

Каждый из этих квартилей можно свести к прямой линии и превратить нашу плоскость в лестницу мышления с четырьмя ступеньками.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 45

Лестница мышления — мое любимое средство для описания мыслительного процесса. Для любого спектра мнений найдется человек, стоящий на одной из ступенек. Люди на одной ступеньке могут сильно не сходиться друг с другом во мнении — т. е. находиться на разных точках одной ступеньки. Но их будет объединять способ мышления, интеллектуальная мотивация — по крайней мере в том, что касается выбранной темы. Большинство из нас имеет привычку разделять людей по взглядам. Наша цель — пролить свет на то, как люди к ним приходят, и научиться классифицировать людей по этому признаку.

Поэтому давайте исследуем каждую ступеньку, и начнем с верхней части психологического спектра, где ситуацию контролирует Высокоразвитый разум. А потом начнем спускаться, пока не окажемся в интеллектуальных трущобах нижней части.

Ступенька первая. Мыслим как ученый

Знакомьтесь, вот он:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 46

Ученым вы становитесь, когда за ваше мышление отвечает Высокоразвитый разум. К профессии это никак не относится, речь  только о мыслительном процессе. 

Под наукой мы часто понимаем изучение мира природы, но, по словам Карла Сагана, «наука — это скорее способ мыслить, нежели совокупность знаний».

Наука — это способ мыслить. Один из возможных инструментов. Мыслительная процедура, у которой одна-единственная цель: найти истину. 

Когда вы на самом верху психологического спектра, выше всех в стопке ценностей будет главная интеллектуальная ценность Высокоразвитого разума — истина. А главная интеллектуальная ценность разума Примитивного — подтверждение существующих убеждений — будет в самом низу. Поэтому на этой ступеньке логично мыслить именно как ученый. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 47

Самое время вспомнить нашу картинку из четвертой главы. Мы можем этого не осознавать, но у каждого из нас (как и у страны в целом) в голове есть гвоздь, которым прибиты наши священные ценности — ими мы никогда не поступимся. А все прочие в случае конфликта с ними будут вынуждены подстраиваться. Когда мыслишь как ученый, куда вбить гвоздь, долго думать не нужно.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 48

На верхней ступеньке всё просто: ваша интеллектуальная задача — оттолкнувшись от своих текущих убеждений или их отсутствия (от точки A), с помощью некоторой мыслительной процедуры подобраться чуть ближе к истине (к точке Б). Для ученого не важно, как точка Б выглядит. Ему нужно найти ту, что больше всех соответствует действительности.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 49

Искать истину, стоя на верхней ступеньке, всё равно что карабкаться сквозь густой туман на бесконечно высокую гору. Достичь вершины не получится — можно только подобраться поближе. Поэтому цель ровно в том, чтобы просто карабкаться дальше, а путь укажет священная процедура — научный метод. Ученые проявляют интеллектуальную гибкость во всем, кроме этой процедуры.

А выглядит она так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 50

В качестве иллюстрации давайте возьмем тему, на которую вам удается мыслить с верхней ступеньки, и проследим, как эта процедура приведет вас к некоторому выводу. Начнем мы с самого начала — из точки А.

Точка А

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 51

В этой точке ученые почти всегда громко и гордо заявляют: «Я не знаю». С этого начинает любой обитатель верхней ступеньки. Они не хотят показаться правильными, это просто искренняя констатация факта: «Мне об этом ничего не известно». Если вы честны в том, что знаете, а что нет, то знания и убеждения — это одно и то же, и ваша точка А расположена в этом углу:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 52

Чаще всего ученые не утруждают себя поиском истины — они в курсе, что время не бесконечно, и по большей части вопросов они так ничего и не узнают. Но когда ученый и впрямь намерен попасть из точки А в точку Б, любая мысль, чтобы начать считаться «знанием», должна пройти обязательную процедуру — анализ посредством научного метода. 

Допустим, вы решили, что сегодня самое время побольше узнать об актуальной общественной теме.

Может быть, вы размышляете об обществе и хотите сформировать отношение к экономике просачивания или продумать свою позицию по поводу абортов. Возможно, вы постоянно что-то слышите о чартерных школах, таможенных пошлинах, миграционной политике, стандартизованных тестах и хотите углубиться в тему. Или скоро местные выборы, и вы хотите решить, кому отдать голос.

А может, вас интересует история, и захотелось лучше разобраться в причинах Первой мировой войны. Или в свете последних новостей понять, почему произошел Brexit и как это аукнется в будущем. Или наконец определиться: нынешний технологический бум — это повод для радости или для паники.

В любом случае вы готовы взойти на туманную гору в поисках самой близкой к истине точки Б — и приступаете к первому этапу.

Формулируем гипотезу

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 53

Обитатели верхней ступеньки выстраивают гипотезы с нуля, исходя из первых принципов. Полагаются только на непреложные факты, стараются игнорировать устоявшиеся представления и собственные предрассудки. Относятся к этим фактам как к кусочкам головоломки и только из них, призвав на помощь рациональность, собирают свои убеждения.

Без деталек головоломку не соберешь, а в точке А их еще нет. Найти нужные детальки и собрать из них гипотезу можно в три шага, а выполняют их вот эти три персонажа:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 54

Вот как они это делают.

Формулируем гипотезу, шаг первый: собираем данные

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 55

Чтобы изучить процесс формирования взглядов, можно представить, что голова состоит из двух зон, каждая окружена стеной:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 56

Вход в первую зону охраняет контролёр внимания. Каждый из нас постоянно утопает в информации, но ресурс внимания у нас серьезно ограничен. Иными словами, разум — это элитный VIP-клуб. Когда вы воспринимаете окружающий мир, фрагменты информации выстраиваются у входа в огромную очередь, и контролёр вынужден действовать жестко и отказывать почти всем.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 57

Другое дело, когда вы хотите изучить что-то новое и сформировать об этом собственное мнение. Вы мыслите как ученый и знаете, что знаете мало, — особенно в точке А. Поэтому для всей релевантной теме информации контролёр внимания держит вход почти свободным.  

Контролёр не сильно парится о логичности и даже достоверности кусочков головоломки — ему за это не платят. Он стремится пропустить разнообразный набор деталек, который адекватно отражал бы весь спектр мнений по интересующей теме. Он знает, что даже мнение, с которым вы не согласны, от человека, который вам не нравится, может чему-то научить. Оно не обязательно изменит ваше мнение, но даст информацию о том, что кто-то считает иначе. На этом этапе допускаются даже те взгляды, которые кажутся нелепыми, но при этом широко распространены. Потому что самое главное для понимания темы — видеть весь диапазон точек зрения.

Вскоре внешний отдел разума — зона интереса — забивается нетерпеливыми детальками, и те выстраиваются в новую очередь перед входом в еще более элитный клуб — зону убеждений.

Формулируем гипотезу, шаг второй: оцениваем данные

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 58

Бывает так, что у человека есть время и средства, чтобы собрать информацию и аргументы самостоятельно: провести первичные наблюдения или организовать свое собственное исследование. В этом случае контролёру доверия останется мало работы — вы и так уверены в надежности данных, поскольку убедились в ней на собственном опыте.

Но большую часть нужной нам информации мы получаем из чужих рук. Эти знания уже собрали другие люди, а мы внедряем их себе в голову и считаем своими. Статистика, на которую вы наткнулись, исследования, о которых узнали, то, что прочитали в учебниках, проходили в школе, услышали от родителей, увидели в книге,  новостях или соцсетях, услышали от политика или знаменитости, любая негласная истина и расхожее мнение — всё это информация из чужих рук. 

Поэтому контролёру доверия приходится проверять, что правда, а что нет.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 59

А это тяжелая работенка. И, если единственный способ оценить достоверность информации — пойти и проверить самому, на это уйдет куча времени.

Поэтому самый важный навык для грамотного мышления — это умение распоряжаться доверием.

Если раздавать доверие с умом, приобретать знания становится гораздо проще. Доверившись тому, кто действительно говорит правду, и признав правдивость того, что он говорит, вы берете знания, которые он добыл усердным трудом (сам провел первичные исследования или тщательно разработал свои собственные критерии доверия), и копируете их себе в мозг.

Без доверия мы ограничены крошечной выборкой личного опыта. Воспитайте малыша Эйнштейна в лесу, а потом попросите изобрести самое мощное оружие, какое только сможет. Он даже до лука со стрелами не додумается. Но поставьте Эйнштейна на крышу небоскреба знаний, и он объяснит общую теорию относительности. Коммуникация и доверие образуют волшебный обходной путь, который за последние десять тысяч лет помог человечеству построить небоскреб коллективного знания. Так лесные приматы поняли происхождение Вселенной.

Но при неправильном применении доверие делает прямо противоположное. Когда мы поверили ложной информации, получается иллюзия знания. И это хуже, чем вообще ничего не знать.

Дело в том, что почти все знания, которые вы получили за свою жизнь, попали внутрь через вход, у которого стоит контролёр доверия. Но качество, обоснованность накопленных знаний гораздо важнее количества. А качество зависит от умения контролёра пользоваться доверием.

В каком-то смысле узнавание нового похоже на бизнес, где вы зарабатываете не деньги, а знания. Принимать некачественную информацию за правду всё равно что принимать оплату деньгами из Монополии. Можно построить крутую компанию, потратить на нее десятки лет, но, если ваш доход на 90% состоит из игрушечных денег, бизнесмен из вас хреновый. 

Игрушечные деньги легко распознать, а вот отличить ненастоящее знание от реального неподготовленному глазу куда сложнее. Поэтому наша экономика знаний наводнена дезинформацией.

Чтобы качественно выполнять свою важную работу, контролёру доверия необходимо в совершенстве овладеть искусством скептицизма.

Шкала скептицизма

Цель искателя истины — научиться попадать в золотую середину на этой шкале:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 60

Шкала скептицизма — это фильтр, который можно сделать построже или помягче. В золотой середине настройки оптимальны: позволяют стабильно выявлять и отсеивать чушь, но пропускать истину. Вы в полной мере пользуетесь волшебным обходным путем: превращаете знания других людей в собственные. 

Шаг влево от золотой середины — где фильтр мягче — и начнете пропускать в свои убеждения чепуху. Еще левее — и забьете голову противоречиями, ложью и заблуждениями. Шаг вправо — где фильтр строже — и станете похожи на бизнесмена, который боится, что ему заплатят игрушечными деньгами, и перестает брать деньги совсем. Еще правее — и перестанете верить, что люди были на Луне.

Здоровая диета требует найти золотую середину при приеме пищи: ослабите контроль — обожретесь фастфудом, переборщите — умрете с голоду. Со здоровым мышлением то же самое. И простодушие, и паранойя, особенно когда вы удаляетесь от золотой середины, подрывают вашу способность мыслить здраво. Когда вы излишне доверчивы, взаимоисключающие мнения становятся для вас сущим кошмаром. Вы знакомитесь с точкой зрения А и покупаетесь — теперь вы считаете так же. Потом видите точку зрения Б, подтверждающую обратное, и ваше мнение меняется. В итоге вы запутываетесь и вовсе забиваете на эту тему — всё равно не получится ничего понять. С другой стороны, когда у вас паранойя, всё, что вы слышите, сопровождается маленькой подписью: «Не будь болваном — тобой манипулируют». Вы отказываетесь добавлять в свой банк знаний почти всё что угодно. В обоих случаях приобретение знаний пробуксовывает.

И простодушие, и паранойя — признак неуверенности в собственных суждениях, непонимания, кому и чему можно доверять. Не хватает главного навыка — способности точно отделить реальное от искаженного, обманчивого и совершенно неправильного. Если не получается оценивать поступающую информацию, не получится воспользоваться важнейшим инструментом — знанием из чужих рук.

Ступенчатый рейтинг: кратчайший путь к доверию

Тот, кто мыслит эффективно, порой сам того не сознавая, разрабатывает внутренний рейтинг, по которому оценивает степень доверия друзьям, журналистам, политикам, СМИ, организациям и другим источникам. Их шансы оправдать кредит доверия.

Назовем его ступенчатым рейтингом, потому что фактически по нему оценивают, с какой ступеньки лестницы мыслит источник.

Продуманный рейтинг доверия делает процесс получения знаний еще более эффективным, избавляя контролёра доверия от необходимости по достоинству оценивать каждую крупицу информации. У нас есть внутренний рейтинг для пищи, которую мы едим. Если вы доверяете определенному магазину, производителю или ресторану, вы можете сэкономить время на изучении состава продуктов. Ступенчатый рейтинг работает по тому же принципу.

Такой подход не только здорово экономит время, но и позволяет получать реальные знания из менее полезных источников. Если некоторый источник при освещении мнений X и Y явно склоняется в сторону X и несколько предвзят в отношении Y, но при этом видно, что ему небезразлично реальное положение дел, я могу принять его позицию, хоть и с долей сомнения. Эту долю я рассчитаю в зависимости от силы и направления его уклона. Если источник хорошо отзывается об X, можно принять это к сведению, но всё равно придется проверять самому, ведь он и так всё время выступал за X, это его изначальная позиция. То же с отрицательным отношением к Y. С другой стороны, если источник высказывается в пользу Y, это сильно контрастирует с его привычной позицией. И возможно, этой информации стоит доверять безоговорочно.

Чтобы научиться мало-мальски правильно мыслить, нужно с самого начала собрать нужные детальки. За это отвечают совместные усилия контролёра внимания и контролёра доверия. Если они не зевают, то VIP-клуб ваших убеждений пополнится широким набором полезной информации, и можно начинать собирать гипотезу. 

Формулируем гипотезу, шаг третий: собираем гипотезу

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 61

В самом центре зоны убеждений ваш сборщик начинает соединять кусочки информации друг с другом.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 62

Сборщик понимает, что контролёры на входе в его лабораторию услышали достаточно, и что сейчас ему необходимо заглушить лишний шум и собрать головоломку, исключительно с помощью логики и той информации, которая уже есть у вас в голове.

Если вы будете исходить из первых принципов, то часто будете приходить к выводам, которые противоречат вашим текущим взглядам или общепринятым установкам. В такие моменты будет сложно не потерять веру в себя и не забросить всё то, о чем вы так усердно размышляли. Напротив, опытный пользователь верхней ступеньки знает, насколько ошибочны бывают общепринятые взгляды. Сборщик в его голове уверенно продолжит работу, зная, что в мире полном догм и заблуждений, его тщательный и беспристрастный мыслительный процесс точно так же может привести к истине, как и любой другой.

Ученые ни на что не променяют высокую позицию на психологическом спектре, а вот к позиции на спектре мнений они совершенно равнодушны. На ранних этапах сборки верхняя ступенька для ученого как каток для фигуриста. Он весело скользит меж разных точек зрения, при необходимости внося изменения в свою собственную. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 63

По мере того как ученый накапливает и складывает информацию по кусочкам, он всё больше начинает присматриваться к тому участку спектра, где, как ему кажется, лежит истина. Наконец головоломка обретает форму, и появляется гипотеза.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 64

Это очень воодушевляет. Вы освоили первый этап научного метода. Вы многое узнали и сформировали о теме свое самобытное мнение.

А теперь — к неприятному.

Проверяем гипотезу

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 65

Представьте, что я знакомлю вас с этим боксером.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 66

И говорю: 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 67

А вы можете спросить:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 68

И я отвечу:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 69

А вы такие:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 70

А я такой:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 71

Вы бы подумали, что я свихнулся.

Только вот со своими мнениями люди такое проворачивают без конца. Чувствуют свою правоту, хотя их убеждение ни разу никто не оспорил, оно никогда не «выходило на ринг». 

Непроверенное убеждение — это еще не знание, это лишь кандидат, гипотеза. Это боксер, у которого есть потенциал, но он еще никакой не чемпион.

В интеллектуальном мире боксерский ринг — это рынок мнений, а в качестве противников выступают возражения.

Тот, кто мыслит как ученый, знает, что между ним и истиной стоят серьезные преграды. Каким бы точным ни был ступенчатый рейтинг, он не застрахован от ошибки, и в гипотезу могут проникнуть токсины дезинформации. Ученый остерегается и своих собственных предубеждений, и неизбежной неподатливости своего мировоззрения. Вот почему для каждого ученого так важны возражения. Для искателя истины они словно иммунитет. Если сравнить гипотезу с механизмом, то предвзятость, чрезмерное упрощение, искаженная статистика — его баги и сбои, а тот, кто с вами категорически не согласен, — это техник, выискивающий дефекты. Лучше всего об этом сказал Стюарт Милль:

Большая разница — предполагать известное мнение истинным на том основании, что оно не было опровергнуто, несмотря на полную свободу опровергать его, или — утверждать просто, что такое-то мнение истинно, и на этом только основании не дозволять никаких на него возражений.

Вот почему ученый видит в возражении еще один ценный кусочек головоломки, крайне необходимый для полноты понимания. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 72

И вот вы вытаскиваете гипотезу из комфортной зоны своего сознания…

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 73

…и отдаете ее на суд рынка мнений. Начинаете высказывать свои мысли публично, в личной беседе или в интернете, и наблюдаете за тем, как на нее со всех сторон обрушивается настоящий шквал критики. Настало время узнать, умеет ли наш малыш боксировать.  

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 74

Ученые, как правило, окружают себя людьми схожего склада ума, поэтому найти тех, кто сможет оспорить их доводы, не составит труда. Когда другие обитатели верхней ступеньки слышат какое-то мнение, то рефлекторно начинают искать в нем недостатки и спорят друг с другом просто из спортивного интереса.

Так что вы просто выставляете свое мнение на общий суд и наблюдаете, как люди окружают его и пытаются сломать. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 75

Иногда им это удается.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 77

Иной раз ваше мнение дает отпор.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 78
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 79

Наблюдая за мнением на ринге, вам становится легче распознать ошибки и недочеты, внести соответствующие изменения. Можно вступить в дискуссию в роли апологета этого мнения и изо всех сил стараться доказать его состоятельность.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 80

Или погрузиться в диалектику и совместно с оппонентом искать в своем мнении противоречия.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 81

А еще можно сменить сторону и сыграть роль адвоката дьявола. Найти того, кто с вами согласен, и поспорить с ним. Возможность взглянуть на свои умозаключения через чужой объектив поможет внести ясность и пролить свет на то, что вы упустили.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 82

Пока ваша гипотеза держит раунд с другими мнениями, вы не забываете рассчитывать долю сомнения и внимательно следите за поединком, учитывая предполагаемую позицию оппонента в ступенчатом рейтинге. А еще вы принимаете во внимание то, насколько спорящий убежден в своей правоте. Писательница Джулия Галеф называет этот критерий «метакорректировкой». Если ваш оппонент ранее демонстрировал, что его убежденность оправдана, и при этом вы оба совершенно не сомневаетесь в своей правоте, то полезно выделить для себя мнение наиболее упорного полемиста. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 83

С другой стороны, если вы спорите с тем, кто в прошлом показал, что его убежденность скорее напускная и неадекватная (как у мальчика, который врал про волка), то степень его уверенности не будет иметь для вас никакого значения. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 84

Чем больше боев провела гипотеза, тем яснее и четче становятся ваши умозаключения, поскольку у вас больше шансов изучить и исправить все ее недостатки. Ваша гипотеза постепенно набирает на рынке мнений авторитет.

По отношению к большинству точек зрения сопротивление рынка деструктивно, просто потому что большинство мнений полны изъянов. Если это касается и вашей гипотезы, то наблюдение за тем, как ее безжалостно терзают критики, снизит вашу убежденность и отбросит на более ранние этапы мыслительной процедуры. Но если вам удастся сформировать подкрепленную фактами, логически обоснованную и непротиворечивую гипотезу, то эффект от продолжительных споров станет совершенно другим — гипотеза-чемпион зарядит вас небывалой уверенностью.

Вместе с тем, как вы осваиваете этот процедуру, вы столкнетесь и с другим, не менее важным интеллектуальным умением. Умением удерживать приемлемый уровень самокритичности по мере роста уверенности.

Помните, я говорил про «золотую середину скептицизма», что находится между простодушием и паранойей, когда ваш скептицизм способствует, а не препятствует процессу познания? То же и с самокритичностью.

Золотая середина проходит по этой пунктирной линии:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 85

Важно, чтобы в любой момент на вашем пути познания ваша убежденность отражала реальное количество ваших знаний.

Сохранить этот баланс сложно даже самым трезвомыслящим из нас. Золотая середина словно туго натянутый на высоте канат, с которого легко сорваться.

Если вы все-таки срываетесь с него и падаете в правую сторону, то оказываетесь в зоне уязвимости.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 86

Туда вы попадаете, когда забываете важный факт: большинство людей, убежденных в своей правоте, на деле обычные пустозвоны. И пусть вам удалось сохранить ясность ума и не заразиться той же ложной убежденностью, вы поневоле начинаете стыдиться своих недостаточно обширных знаний.

Если же под натиском чужой убежденности вы отступили — словно клиент, ставший жертвой шарлатана, — то ваша убежденность опускается ниже уровня знаний. Несмотря на некоторую осведомленность, вам может казаться, что вы практически ничего не знаете. Вы страдаете от своей же неуверенности и, чем дальше падаете, тем масштабнее становится проблема. 

Если вы срываетесь и падаете в левую сторону, то оказываетесь в зоне высокомерия.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 87

Вы попадаете в эту зону, когда забываете про собственные недостатки и про то, как тяжело достаются знания. Так вы обманом заставляете себя поверить, что знаете больше, чем на самом деле. И чем дальше вы углубляетесь в зону высокомерия, тем больше ваши аргументы теряют в цене.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 88

Тем не менее всё это время вы старались мыслить как ученый. Это значит, что у вас в голове доминирует Высокоразвитый разум, заполняя ее ясностью и осознанностью. А значит, когда вы глядите на себя в зеркало, то видите всё без прикрас, вы видите свое интеллектуальное несовершенство и огромное желание познавать этот мир. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 89

Трезвый взгляд на самого себя позволяет сдерживать Примитивный разум и не забывать о когнитивных ловушках. Вы понимаете, что ваш мозг стремится прежде всего выжить, а не добиться истины, и что важно не слишком сильно полагаться на интуицию. Во время размышлений осознанность следит за тем, чтобы пресекать стремление мозга сохранить умственные силы и упростить комплексный вопрос. Помогает представлять себе спектры вместо инстинктивного черно-белого разделения. Заставлять себя анализировать разные варианты похожих мнений, а не грести всех под одну гребенку. Делать над собой усилие и разбираться в нюансах. Ведь ученый знает, что как раз в деталях истина и кроется, а приятное, радикальное, однобокое мнение почти всегда неверно или неполно. Посмотрев на себя в зеркало, вы можете оценить самого себя согласно ступенчатому рейтингу.

Так вам удастся держаться ближе к канату и добраться досюда:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 90

Ваша маленькая гипотеза прошла через огонь и воду, в результате чего стала знанием.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 91

Осталось лишь одно.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 92

Те, кто мыслит с верхней ступеньки, хорошо знают самих себя, людей вокруг и историю, а потому понимают, что человеческий интеллект несовершенен. У настоящих ученых даже самая перепроверенная гипотеза не считается истиной в последней инстанции, лишь теорией. На большее ученые не замахиваются, поскольку знают, что любые убеждения опровержимы — их могут развенчать время и новые сведения. Так же работает и мышление: чтобы гипотезу можно было считать «знанием», она должна выдерживать непрерывные проверки и критику.

___________

Если вам кажется, что это тяжелый труд, — так и есть.

Всё потому, что знания добывать нелегко. Истину добывать нелегко. Поэтому те, кто мыслит как ученый, только рады говорить, что ничего не знают. Они такие же ленивые: они ученые не потому, что без конца что-то узнают, а потому что ясно представляют себе, что влечет за собой проработка настоящего, независимого, обоснованного мнения. В плане своих знаний они честны перед собой и другими.

Но по крайней мере сегодня вы хорошо поработали и составили надежное, независимое мнение, в котором можете быть уверены. И сделали вы это как ученый.

___________

Я недавно был на конференции, где собрались ученые (теперь уже настоящие). Сам я не из их числа, мне просто любопытно, и я часто пишу о науке, поэтому всю конференцию только и делал, что отлавливал специалистов и задавал вопросы, на которые сам не смог найти ответ. Еще я часто пишу о том, как ученые мыслят, и как-то раз в разговоре с четырьмя из них я сказал, как мне нравится научный подход: научная скромность, чистые намерения, готовность признать неправоту, когда новые сведения не совпадают с их выводами.

Они как начали ржать. Меня спросили: «Ты ученых-то видел вообще?».

Таковы люди. Нам так трудно мыслить как ученые, что даже самим ученым трудно это делать. Всё потому, что кем ни работай, в голове всё равно сидит неуемный комок рыжего пуха.

Когда вы мыслили как ученый, у вас в голове сложились идеальные условия. За мышление отвечал Высокоразвитый разум, а Примитивный по большей части бездействовал. Такое случается со всеми в минуты, когда мы проявляем свои наилучшие черты — когда мыслим как профессионалы.

Однако поиск истины — очень хрупкая мотивация. И в какой-то момент не замечаешь, как что-то вдруг меняется. Тут как с курицей и яйцом. Бывает, размышляешь на какую-то тему, и вдруг просыпается Примитивный разум — ему почему-то кажется, что жизненно важно придерживаться на эту тему определенного мнения. Чаще всего потому, что вы принимаете ее близко к сердцу. Бывает, что Примитивный разум активируется по совершенно иной причине и наполняет разум эмоциями из своего стандартного набора: страхом, гордостью, злостью, эгоизмом, — и таким образом влияет на мышление и подтягивает ваш интеллект ближе к себе.

Вне зависимости от причины на нашем пути вниз по лестнице появился Примитивный разум. Преимущество по-прежнему за Высокоразвитым, но его начинают теснить.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 93

Участие Примитивного разума больше не дает вам мыслить с самой верхней ступеньки — вы сорвались на вторую. Теперь вы мыслите не как ученый, а как болельщик.

Ступенька вторая. Мыслим как болельщик

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 94

Если не брать совсем уж двинутых, большинство настоящих болельщиков хотят, чтобы игра велась в строгом соответствии с правилами. Им не нужны коррумпированные судьи — даже если те подсуживают их любимой команде. Болельщики хотят, чтобы она выиграла по-честному и чрезвычайно высоко ценят справедливость самого процесса. 

Вот только… на самом деле им очень-очень хочется, чтобы этот процесс привел к определенному результату. Они не просто смотрят игру — они болеют за команду. 

Когда в мыслительный процесс начинает вмешиваться Примитивный разум, вы начинаете мыслить так же. И когда вы ступаете на этот путь…

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 95

…вы по-прежнему считаете, что начали в точке А, знаете, что вам надо усердно трудиться, чтобы добраться до точки Б, и хотите, чтобы точка Б, куда вы в конечном счете прибудете, оказалась истиной. Разница в том, что вы не до конца объективны.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 96

Когда к искреннему стремлению найти истину примешиваются сторонние мотивы, с вашим мышлением происходит нечто любопытное. Психологи называют это явление «мотивированным мышлением». Мне же нравится называть его «мышлением в условиях личного интереса». Это всё равно что пьяным садиться за руль, только применительно к мышлению. Вот как это описывает Сэнцань (третий патриарх чань-буддизма — прим. Newочём): 

«Если хочешь увидеть правду такой, какая она есть, никогда не принимай ничьей стороны. Схватка между „за“ и „против“ — самая губительная из болезней разума».

Сэнцань, ок. 700 г. до н. э.

Когда мыслишь как болельщик, Сэнцань переворачивается в гробу, поскольку строгие стандарты, которые предъявляет к мышлению ученый, наткнулись на самое коварное препятствие, которое только может встать на пути у искателя истины.

Склонность к подтверждению.

Склонность к подтверждению — это один из наиболее частых дефектов, вызванных мышлением в условиях личного интереса. Именно из-за него люди считают идеальными новых партнеров и часто на дух не переносят бывших, которых когда-то обожали. Именно поэтому социально тревожные люди слетают с катушек, когда кто-то слишком долго не отвечает на емейл. Из-за нее чересчур самоуверенные артисты могут услышать в свой адрес десяток равнодушных отзывов и один восторженный — и посчитать единственное исключение свидетельством своей гениальности. А те, кто  в себе сомневается, поступят с точностью до наоборот. Из-за этого сторонники конспирологических теорий повсюду видят доказательства существования своих заговоров. 

Наши рентгеновские очки напоминают, что происходит на самом деле: Высокоразвитый разум следит за положением на психологическом спектре — стремится к безупречности мыслительной процедуры, а Примитивный наоборот: его заботит только ваше мнение — то есть положение на оси X. Поскольку интеллектуальные цели разумов — истина и подтверждение — прямо противоречат друг другу, мы оказываемся в ситуации игры с нулевой суммой. Когда в дело вмешивается Примитивный разум и захватывает часть вашего мышления, он также неизбежно нарушает чистоту принципов Высокоразвитого. Подтверждение поднимается по вашей стопке ценностей, а истина сползает вниз 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 97

Это небольшое понижение превращает истину из священной, пригвожденной области в важный-но-не-то-чтобы-прямо-священный участок, где ценности удерживаются менее надежными средствами — скажем, канцелярскими кнопками. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 98

В то же время подтверждение из не особо важной области (где ценности могут свободно перемещаться по прихоти более важных принципов) поднимается на более значимый этаж, в котором ценности по-прежнему подчиняются более важным принципам, однако приобретают достаточно веса и больше не болтаются просто так. Теперь они приклеены на скотч. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 99

Если постараться, приклеенные ценности можно сдвинуть с места, однако теперь придется преодолеть силу трения — противодействие переубеждению, которого не было, когда вы сидели на вершине лестницы. Вашу интеллектуальную безупречность местами заменила интеллектуальная преданность.  

Когда ценности либо прочно прибиты, либо свободно свисают, жить легко и просто  — между ними почти не возникает внутреннего конфликта. С кнопками и скотчем дело сложнее.

Теперь, когда Высокоразвитый разум пытается отыскать истину, склонность к подтверждению — невидимая рука Примитивного разума — подталкивает процедуру в нужном ему направлении. И эта невидимая рука негативно влияет на все составные части процесса получения знаний. 

Мыслительная процедура болельщика 

Если не присматриваться, мышление болельщика очень похоже на мышление ученого: 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 100

Однако, когда мы посмотрим, как вы преодолеете путь от точки А до точки Б, мы увидим, как далеко может зайти даже ограниченный в правах Примитивный разум. 

В самом начале, в точке А, где у вас еще нет никаких настоящих знаний, присущая Примитивному разуму убежденность создает у вас ощущение, что вы знаете чуточку больше, чем есть на самом деле. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 101

Фаза сбора аргументов, во время которой ученый старался обеспечить объективность и репрезентативность, становится мотивированной. У контролёра внимания теперь появились любимчики. 

Мы все знаем, каково это, когда на фейсконтроле кого-то пропускают без очереди. Пока мне не пошел третий десяток, я успел испытать на себе все прелести адской клубной жизни. Наиболее частое воспоминание о том периоде — ожидание в длинной очереди на входе в какой-то темный, шумный, кошмарного вида бар, в то время как стайки девушек просто подходят к заведению и немедленно исчезают внутри, не проведя в очереди ни секунды. Если я отправлялся в бар в чересчур мужской компании, мы могли простоять весь вечер, и нас бы вообще не пустили внутрь. 

Когда мыслишь как болельщик, контролёр внимания воспринимает информацию, которая соответствует уже существующим установкам, как группу молодых привлекательных девушек. А сведения, которые ослабляют твою позицию, — как кучку невзрачных пацанов. Из страха превратить ваш разум в беспросветный мальчишник, он начинает пускать только тех, кто ему приглянулся. 

Когда фаворитизм проявляют по отношению к фактам, это называется черрипикинг (англ. cherry ‘вишенка’ и to pick ‘выбирать’ — прим. Newочём). 

Если верить интернету, происхождение этого термина буквально связано с вишней. Представьте, что вы богач и живете в огромном поместье. Однажды, подыхая от скуки, вы вызываете к себе слугу и изволите узнать, как в этом году поживает урожай вишни из вашего сада. Но в то же время вам хочется есть, и вы приказываете слуге не говорить, как выглядят вишенки, а составить репрезентативную выборку.  

Если бы вы рассуждали со ступеньки ученого, такой формулировкой вы бы и ограничились. Ваш слуга пересчитал бы всю вишню в саду и принес бы такой отчет: 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 102

А вот если бы вы думали со ступеньки болельщика, то могли бы добавить к поручению небольшую оговорку: «…и было бы горько услышать, что в этом году моя вишня не удалась. Не терпится узнать, что с ней всё хорошо». 

Так что теперь слуга отправляется в сад с прежними намерениями — собрать репрезентативную выборку. Однако в ушах у него еще звучат ваши последние слова, и в итоге он не подсчитывает количество вишенок, а прикидывает на глаз. Выборка в итоге получается такая: 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 103

Находясь на второй ступеньке, вы всё еще хотите понять, что происходит в мире на самом деле, — вы просто немного манипулируете результатами. Именно это и произошло в фазе сбора информации: роль слуги из предыдущего примера сыграл ваш контролёр внимания. Вы не то чтобы явно дали ему установку вам соврать — просто поставили его в очень неудобное положение, задав противоречащие друг другу мотивационные установки: 1) предоставить вам репрезентативную выборку и 2) надеяться, что получатся необходимые результаты. Так что в конечном счете информация по изучаемой теме, которую вы собрали и усвоили, немного искажена в сторону более приятных выводов. 

Когда такое происходит, вы не отдаете себе отчет в странности своего поведения. Вам по-прежнему кажется, что вы мыслите как хороший ученый, даже если в душе стало немного неприятно, хоть вы и не совсем понимаете почему.

Когда мы переходим от сбора информации к ее оценке, наши злоключения продолжаются. Если вы мыслите как болельщик, контролёр доверия тоже начинает чудить. 

Когда он встречает мысль, подтверждающую уже существующие убеждения, он начинает халтурить и ослабляет фильтр доверия. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 104

А когда ему кажется, что какая-то информация не соответствует драгоценному мнению Примитивного разума, «презумпция невиновности» тут же исчезает, и контролёр цепляется за любой повод, чтобы во входе отказать. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 105

Мы уже обсуждали проблему двух крайностей — излишнего простодушия и избыточной паранойи. Однако тогда речь шла о настоящих искателях истины, которые просто-напросто не доверяли своей способности оценивать информацию. А вот скачки из крайности в крайность по шкале скептицизма, вызванные полученной информацией, называются мотивированным скептицизмом — и это типичная форма мышления в условиях личного интереса.  

Точное описание явлению мотивированного скептицизма дает социальный психолог, профессор Нью-Йоркского университета Джонатан Хайдт: 

Мы не смотрим на реальный мир и не спрашиваем: «Какая позиция наиболее обоснована?». Мы берем свое первоначальное предположение и спрашиваем: «Можно ли в это верить?». Если я захочу во что-то поверить, я спрошу себя: «Можно ли в это верить? Можно ли найти этому подтверждение?» Но, если я не хочу в это верить, я спрошу: «Нужно ли в это верить? Обязательно ли? Нельзя ли отвертеться?». 

Вопрос «Можно ли в это верить?» предполагает не случайное, а мотивированное простодушие. Точно так же вопрос «Нужно ли в это верить?» представляет собой мотивированную паранойю. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 106

Далее у себя в книге Хайдт приводит идеальный пример мотивированного скептицизма в действии: 

В ходе классического эксперимента в лабораторию приходят студенты. Они изучают психологию и ее экспериментальные методы, поэтому им раздают статью об одном эксперименте. Статья как будто бы из Journal of Science. Студентов просят раскритиковать использованные методы. Судя по результатам эксперимента, потребление кофеина связано с возникновением рака груди. Теперь их задача — прочитать статью, а затем изложить свое мнение о методах. 

И как вы думаете, кто нашел больше всего недочетов? Ну? Любители кофе! Но все ли кофеманы пытаются найти недостатки в эксперименте? Только женщины. Они отчаянно повторяют: «Нужно ли в это верить? Нужно ли в это верить? В чем они могли ошибиться?» — и находят массу ошибок. Все остальные говорят: «Ого, во как, я и не знал». 

Из-за мышления в условиях личного интереса люди, которых больше всего расстроили результаты исследования, рассуждали менее объективно, чем остальные участники эксперимента. Всё потому, что такой подход в буквальном смысле изменяет физиологические процессы в мозгу. В MIT с помощью томографа проверили, что происходит во время мотивированного мышления. Исследователи установили, что «мотивированное мышление качественным образом отличается от мышления, когда человек равнодушен к итоговым выводам». Разница качественная, как между трезвым и пьяным водителями. 

Тут можно вернуться к истории с курением в США, о которой мы уже говорили в шестой главе, и увидеть в ней то же самое явление. Тогда я кое о чем умолчал: пока страна постепенно свыкалась с тем, что курение вредно для здоровья, дольше всего доходило до курильщиков. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 107

Этот график иллюстрирует вот эту ситуацию:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 108

Курильщики болели за команду «курить — не вредно», что негативно повлияло на их способность воспринимать истину с такой же скоростью, как и незаинтересованные стороны этой дискуссии. 

Однако ни курильщики, ни любительницы кофе об этих особенностях не задумывались. Как пьяный водитель, уверенный, что он без проблем сможет сесть за руль, они считали, что мыслят объективно. Ведь основной подводный камень мотивированного мышления заключается в том, что человек и не понимает, что оно мотивировано. 

Та же предвзятость характеризует вашу способность оценивать источники информации — как будто сидишь в поезде и наблюдаешь за составом на соседнем пути. Если смотреть в окно на второй поезд, и ни один еще не тронулся, он будет выглядеть неподвижным. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 109

Если второй поезд трогается с места со скоростью 16 км/ч, вам кажется ровно это: поезд движется вперед со скоростью 16 км/ч. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 110

Но если ваш поезд тоже движется со скоростью 16 км/ч, то второй поезд кажется вам неподвижным. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 111

А если второй поезд затем остановится и будет неподвижен, вам будет казаться, что он со скоростью 16 км/ч поехал в обратном направлении. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 112

Предвзято настроенные люди ведут себя прямо как эти поезда. Когда вы мыслите объективно и четко, как ученый, вы словно неподвижный поезд. Вы распознаете объективность и предвзятость в мыслительном процессе других людей. Однако, когда предвзятость добирается до вас самих, вы начинаете походить на движущийся поезд. Тот, кто разделяет ваше мнение, кажется вам объективным, а непредвзятый человек — отклоняющимся от объективности в противоположном направлении. Если же вам попадется настоящий сторонник противоположного мнения, его позиция покажется гораздо более радикальной, чем есть на самом деле. 

Движение вашей собственной предвзятости искажает ваш ступенчатый рейтинг. Вы больше не оцениваете других людей и источники информации исключительно по строгости их мыслительный процедуры, вы начинаете неосознанно накручивать рейтинг источникам, отражающим ваше мнение, и понижать в рейтинге те, чье мнение расходится с вашим. И вновь мотивированное мышление — теперь в  форме мотивированной оценки. 

Искажение ступенчатого рейтинга сопровождается перемещением по шкале скептицизма. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 113

Необъективность контролёра внимания приводит к формированию искаженной картины реальности, а предвзятость контролёра доверия влечет за собой ослабление интеллектуальной иммунной системы, способной бороться с болезнетворной дезинформацией. Поэтому, когда мы переходим к третьей стадии — сборке гипотезы, у нас на руках оказываются убеждения, отобранные при помощи скомпрометированной процедуры. Ключевой персонаж — сборщик — ограничен полученными детальками, и когда вы мыслите как болельщик, слишком большая их часть поддерживает ваши текущие убеждения. 

И это еще не вся проблема, поскольку мотивация Примитивного разума вмешалась в мыслительную процедуру на всех участках вашего сознания — включая самого сборщика. По мере того как он собирает головоломку, где-то на периферии зрения у него маячит картинка с вашей нынешней позицией — и Примитивный разум очень хочет ее подтвердить. Поэтому сборщик чуть больше склонен использовать детальки, которые нарисованы на картинке. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 114

К тому времени, как вы соберете свою гипотезу, она очень кстати и абсолютно закономерно окажется похожа на изначальные предположения и надежды, которые были у вас в точке А.  

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 115

Когда вы переходите к финальной стадии процедуры получения знаний — проверке гипотезы — предвзятость болельщика продолжит заявлять о себе.  

Пока вы мыслили как ученый, вы не испытывали привязанности к своей гипотезе. Однако сейчас, когда вы смотрите, как ваш маленький робот боксирует, вы за него болеете. На вас форма с его изображением. Это ВАШ боец. И, если ему удастся победить в споре, можно даже поймать себя на мысли: «Мы победили!». Характерное восклицание из мира настоящих болельщиков отражает тесную связь их личности с любимой командой. 

Вы ведете себя по-дурацки, поскольку, когда мыслишь как болельщик, возражение воспринимаешь не как полезную детальку, а как несущийся на тебя теннисный мяч. Его нужно отбить, попытаться одолеть соперника.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 116

А когда вы анализируете поединок, снова проявляется мотивированная оценка. Когда вашей гипотезе как следует врезали в челюсть, вы, скорее всего, будете воспринимать приведенный аргумент как подлый трюк, везение или просто что-то не вполне честное. И напротив, когда вашей гипотезе удается нанести удар по уверенности противника, вы можете преувеличить масштаб нанесенного ущерба или уровень мастерства, которое для этого потребовалось. По окончании матча вы, как правило, чувствуете, что ваша гипотеза успешно преодолела испытание, — даже когда объективный наблюдатель пришел бы к прямо противоположному выводу. 

В конечном счете неудивительно, что вы оказываетесь правы, успешно добравшись до заветной зеленой точки Б. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 117

На этот раз путь был уже не таким трудным. И, хотя вы приобрели меньше новых знаний, чем когда были ученым, верить в свои убеждения вы стали чуть больше, чем тогда.  

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 118

Набор трюков из арсенала Примитивного разума поднял вас над золотой серединой в зону высокомерия. Пусть в реальности эффективность мышления снизилась, когда вы смотритесь в зеркало, на вас глядит более успешный интеллектуал, чем тот, которого видел в своем отражении ученый. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 119

Как я и говорил, даже ослабленный Примитивный разум может сильно всё подпортить. 

Однако болельщики не безнадежны. У них в голове преимущество по-прежнему за Высокоразвитым разумом. Именно поэтому, несмотря на личный интерес, они ценой существенных страданий пытаются преодолеть все этапы мыслительной процедуры. Болельщики понимают чрезвычайную важность научного метода — у них просто не очень получается должным образом его применять. 

Однако в мозгу у болельщика будет раздаваться надоедливый голос самокритичного Высокоразвитого разума. Благодаря этому он сможет хотя бы время от времени неохотно признавать свою неправоту. Когда играет любимая команда, настоящие болельщики могут вести себя предвзято, однако, если на замедленном повторе четко видно, что команда противника не нарушала правил, они ворчливо согласятся, что судья принял правильное решение. По большому счету, если возражение обоснованное, взгляды болельщика можно опровергнуть. В глубине души самое важное для него — это справедливость игры, поскольку, несмотря на дым, созданный когнитивными искажениями, болельщики способны качественно мыслить. 

Именно поэтому многие болельщики идут по пути Даннинга — Крюгера: со временем Высокоразвитый разум одерживает верх, и болельщик всё больше начинает мыслить как ученый. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 120

Когда ученые, с которыми я встречался на конференции, смеялись и спрашивали меня: «Ты ученых-то видел вообще?», они, как мне кажется, имели в виду тот факт, что ученые (как и любой, кто умеет мыслить качественно) часто опускаются на ступеньку ниже и начинают мыслить как болельщики. Болельщики — это несовершенные ученые, которые (по крайней мере, в какой-то определенный момент или по какому-то определенному вопросу) нарушили логику мыслительной процедуры и позволили Примитивному разуму одержать верх. Дело в том, что, когда люди на первой ступеньке становятся предвзятыми, они обычно опускаются на вторую — но, пожалуй, не ниже. 

___________

Переходя к следующей ступеньке, давайте вспомним, что спускаемся мы по спектру, хотя и поделили его на отдельные сегменты для простоты восприятия. 

Когда вы чуть-чуть не дотягиваете до ученого, вы просто становитесь немного похожи на болельщика. Да, вы перешли к мышлению в условиях личного интереса, однако в мотивационном баре опрокинули всего пару бокалов, и у Высокоразвитого разума по-прежнему всё в принципе под контролем. 

Однако, если вы съезжаете по психологическому спектру еще ниже, влияние Примитивного разума становится всё более и более ощутимым. Вы будто прилипаете к своей позиции на оси X, и вам становится всё сложнее позволить даже сильнейшим аргументам поколебать ваши убеждения. По мере того как дым у вас в голове густеет, притупляется ваша осознанность. Ваше мотивационное давление подскакивает всё выше, а истина и подтверждение становятся в вашей стопке ценностей всё ближе друг к другу. 

В какой-то момент вы оказываетесь в середине спектра. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 121

Это переломный момент, потому что именно тогда в голове начинает побеждать Примитивный разум. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 122

И когда он становится главным, подтверждение становится для вас важнее истины. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 123

Можете не соглашаться (а вы и не согласитесь), но желание ощутить свою правоту и казаться правым превзошло ваше стремление правым быть. А когда другая мотивация затмевает ваше стремление к истине, вы покидаете мир объективности, рациональности и реальности и попадете в новое место, которое я называю… 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 124

Неопроверляндия — это зеленая травка, голубое небо и кучка людей, чьи убеждения не поколебать никакими доводами. Местные жители верят во что-то не потому, что дошли до этого своим умом, а потому, что они последователи некоторого учения: религии, политической идеологии, субкультуры. А может быть, не могут расстаться с выводами, которые сами сделали в прошлом, когда мыслили более качественно. В любом случае, сколько с ними ни дискутируй, всё без толку, потому что их взгляды неопровержимы. Потому они здесь и живут.

Хотя вертикальная ось на нашей схеме — это спектр, ровно в середине происходит нечто важное. Стоит ее пересечь, как то, во что вы верите, станет для вас важнее того, как вы к этому пришли.

Когда ваше мышление спускается со второй ступеньки на третью, вы больше не болельщик, теперь вы мыслите совсем по-другому.

Ступенька третья. Мыслим как адвокат

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 125

У адвоката и болельщика много общего. Оба заранее выбрали себе точку Б, но при этом остаются преданы стрелке, которая их к этой точке доставит. У обоих возникает конфликт между истиной и подтверждением. Существенное различие в том, что из этого лежит выше в их стопке ценностей.

Болельщик хочет победы, но, если деваться будет некуда, предпочтет победе честную игру.

А вот адвокату победить нужно обязательно, поэтому, как ни старайся, ничто не сломит его преданность. И вот почему. Видели когда-нибудь такое?

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 126
Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 127

Не было такого никогда.

Адвокат не может подвести клиента, точка.

А значит, в отличие от болельщика, который стартует в точке А, а затем пытается подтолкнуть стрелку в нужном направлении, адвокат стартует не в точке А.

Он начинает с точки Б.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 128

Когда мыслишь как адвокат, в голове звучит еле слышный голосок Высокоразвитого разума, и ощущается потребность хоть в какой-нибудь стрелке, которая вела бы к Нужной мысли. Но теперь конечный пункт от стрелки не зависит, и ваша процедура направляет стрелку по прихоти точки Б. Вы всеми силами стараетесь соорудить стрелку, которая будет указывать туда, куда нужно вам.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 129

Разве не так мыслят настоящие адвокаты? Они берут или получают дело и с самого начала четко знают свою позицию. Этой позиции они будут придерживаться, несмотря на улики и собственную логику.

Клиент н е в и н о в е н. Осталось выяснить почему.

С этой целью они проходят все обязательные формальности, отбирают выгодные факты и представляют их в суде таким образом, что путь к их точке Б кажется вполне объективным.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 130

Дисклеймер: я не критикую настоящих адвокатов!

В реальном зале суда мышление адвоката имеет смысл, поскольку работа адвоката — это лишь половина того, что будет представлено присяжным. Адвокат другой стороны будет вести стрелку к противоположной точке Б. Имея полную картину, присяжные могут решить, какой вариант более правомерен и какая точка Б больше похожа на правду. Таким образом, судебный процесс — это миниатюрный рынок мнений, где противоборствующие взгляды могут сразиться, и истина (хотелось бы верить) одержит победу. 

Вот почему многочисленная критика в сторону адвоката на нашей лестнице к настоящим адвокатам не относится. Настоящие адвокаты знают, что занимают лишь одну из сторон, и понимают, что сама система будет эффективнее обнаруживать истину, если они будут выдвигать наилучшие аргументы в пользу своей версии.

Проблема в том, что, когда вы мыслите как адвокат, вы не выступаете как часть целой картины, не играете свою роль в процедуре поиска истины. В данном случае мышление настолько ущербно, что важнее становится поиск выигрышного аргумента. Зал судебных заседаний с двумя адвокатами — превосходный механизм для установления истины, зал с одним адвокатом к истине не имеет никакого отношения. Когда вы мыслите как адвокат, ваша голова — это суд второго типа. 

Формулируем гипотезу по-адвокатски

Еще до того, как вы начали что-то изучать, ваша отправная точка сильно отличается от положения ученого. Высокоразвитый разум теперь не у дел, и его смиренное «Я не знаю» теперь едва слышно. В самом центре сознания Примитивный разум уверенно провозглашает: «Знаю я всё». 

На всех этапах мыслительной процедуры вы относитесь к своим убеждениям не как к опровержимому эксперименту, и не как к любимой спортивной команде, а как к своему клиенту. Ученый — хозяин мыслительного процесса, адвокат — слуга своих убеждений.

Это значит, что все ваши рассуждения подкрепляют не объективность и даже не личный интерес — тут кое-что посерьезнее. Теперь вы мыслите в условиях предопределенности

Три персонажа, ответственные за мыслительный процесс, теперь похожи на юристов, работающих над вашим делом, единственная задача которых — состряпать всё так, чтобы удержать вас в стартовой точке Б и, в идеале, укрепить ваши убеждения.

У контролёра внимания обновился набор инструкций: впускать только те мнения, статистику, жизненные наблюдения и теории, которые помогут подтвердить точку Б. Неважно, как идут дела в вишневом саду, вы хотите видеть одно — корзину ярких, спелых вишенок. Контролёру больше не нужно много думать, чтобы снабжать вас информацией — вы упростили ему жизнь.

Черрипикинг по-адвокатски объясняет, почему так часто оба участника спора могут быть абсолютно убеждены в своей правоте. Когда вы стоите на лестнице мышления достаточно низко, вы перестаете замечать, что отбираете выгодные факты, поэтому для вас по всему выходит, будто вы правы. Увидеть это можно повсюду. Так, например, две идеологически противостоящие медиа-площадки, представляют одну и ту же новость, но используют для этого совершенно разные факты, поэтому стороны, представленные как герои и злодеи, жертвы и преступники, в их версиях буквально меняются местами.

Есть и менее остросюжетные примеры. Хочется верить, что кофе, вино, шоколад, насыщенные жиры или красное мясо полезны для здоровья? Просто вбейте в Гугл название продукта и допишите «полезные свойства». Черрипикинг сделает всё за вас. Хочется верить, что это жутко вредно? Спросите Гугл, почему от этих продуктов стоит отказаться. В любом случае после этого вы еще больше убедитесь в том, во что хотите верить.

Контролёру внимания лень заниматься сбором деталек головоломки исходя из первых принципов — теперь он более склонен собирать готовые аргументы из колонки «Мнения» и других внешних источников. Когда вы в первую очередь ищете подтверждение, нет ничего более эффективного, чем информация в формате «вот почему ты прав».

Новая задача контролёра доверия столь же проста. При оценке каждого фрагмента информации он не требует от него доказать свою истинность, а проверяет только содержание.

Если впущенные данные совпадают с тем, во что вы и так верите, контролёр широко распахивает дверь.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 131

Информация, указывающая на то, что вы можете ошибаться, воспринимается как вредоносная и манипулятивная. Она стабильно блокируется фильтром скептицизма, ничто сквозь него не пройдет. Для этого у нас есть специальное слово — самообман.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 132

Когда контролёр доверия оценивает источник информации, его работа всё так же прямолинейна. Если вы думаете, что знаете правду, то по определению, всякий, кто с вами согласен, прав, а кто не согласен — неправ. Контролёр не задумывается, как источник пришел к этой мысли, теперь он смотрит, принадлежит ли источник к числу избранных.

Когда ваш собственный «поезд предвзятости» едет так быстро, вам кажется, что любой несогласный (по объективным или субъективным причинам) мыслит крайне некачественно. Безошибочный признак того, что вы мыслите как адвокат, — это когда вы всем сердцем верите, что люди, которые с вами не согласны, не просто неправы, а неправы в силу своих умственных способностей — они от природы некачественно мыслят — хотя людей этих вы практически не знаете.

Когда вы мыслите как адвокат и рассуждаете в условиях предопределенности, ваша иммунная система из двух контролёров полностью отключена. Ваши убеждения в конечном итоге наполняются смесью настоящей информации и «денег из Монополии». Вы больше не в состоянии отличить одно от другого.

Хорошая новость: это совсем не важно! Знать, что правда, а что нет, нужно только тогда, когда на самом деле пытаешься найти истину, а сейчас ваша цель — подтверждение. И вот сборщик в центре вашего сознания приступает к работе. Нужный вывод, который у болельщика был на периферии сознания, переместился вперед и в центр, и Сборщик использует его в качестве ориентира, как картинку на коробке пазлов.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 133

Там, где ученым приходится кропотливо вырисовывать, адвокаты могут бездумно обводить.

Часто основная задача вашего сборщика сводится к простому запоминанию. Контролёры не отбирают сырые первые принципы, а пропускают чужие готовые аргументы. Вы их запоминаете и как будто бы приобретаете знания. На деле же вы попросту принимаете на веру наиболее правдоподобные аргументы тех, кто с вами согласен, и полностью этим довольны.

Если вы захотите копнуть глубже и сформировать свои собственные выводы, у адвоката найдется немало хитрых уловок: можно ухватиться за тенденции, примеры из жизни, корреляции и причинно-следственные связи, неоднозначную статистику и многое другое (это мы рассмотрим в следующих главах).

Если сильно захотеть, поверить можно во что угодно: что Земля плоская, что 11 сентября устроили американцы, что все тебя ненавидят, что все тебя обожают, что за тобой следит ЦРУ. Человеческий мозг без проблем применит широкий инструментарий адвокатских уловок и сделает убеждение абсолютно ясным и неоспоримым.

Когда вы мыслите как адвокат, на этапе формулировки гипотезы вы просто укрепляетесь в своих взглядах. Вы неизбежно получите те же точки зрения, с которых начали, но уже с обновленным набором фактов и аргументов, которые подтвердят, насколько вы правы. У вас получилось соорудить нужную стрелку.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 134

Проверяем гипотезу по-адвокатски

На этапе проверки вы куда менее охотно пытаетесь найти контраргументы, подвергающие сомнению вашу позицию. Стрелка в точку Б, которую вы сфабриковали, подготовила вас к тому, чтобы спорить с каждым, кто пытается сломить вашу убежденность. Проверка вас не страшит — в своей непобедимости вы не сомневаетесь.

Незачем беспокоиться об аргументах. Чтобы чужие доводы породили сомнение, нужно их вдумчиво выслушать и обдумать — но делать это вы, конечно же, не будете. Вы будете слушать ровно столько, сколько потребуется, чтобы выбрать из своего арсенала лучший контраргумент. Чаще всего вы просто будете цитировать то, что где-то прочитали. А если у кого-то найдется довод, который вы не сможете опровергнуть, вы снова обратитесь к своему набору подлостей.

Отказ выслушивать и обдумывать контраргументы в дополнение к козырям в рукавах и непоколебимой убежденности в собственной правоте гарантирует, что вы станете абсолютно невыносимым собеседником. Вашим оппонентам будет казаться, что они спорят с упертым бараном. В конце концов они поймут, что ничего — ничегошеньки — не заставит вас сказать себе: «Хм, неплохая мысль, нужно еще подумать. Возможно, я ошибаюсь». Вот каково спорить с жителем Неопроверляндии.

Ученый смотрит на поединок мнений объективно. Болельщик наблюдает за происходящим с желанием победить. Адвокат стоит прямо в середине ринга, как подкупленный рефери, который определил исход матча с самого его начала.

Давайте на секунду вернемся к научному методу получения знаний.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 50

Те, кто мыслит с верхней ступени, проходят через столь сложный процесс, потому что понимают, как тяжело даются знания. Когда мыслишь как адвокат, вся процедура — фарс, формальность, чтобы успокоить голосок Высокоразвитого разума, доносящийся откуда-то с задворок. Ваша процедура рассчитана на то, чтобы не было и шанса изменить свое мнение или собрать у себя в голове настоящие знания.

Она вела вас по этой траектории:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 136

Но самое смешное, что, будучи адвокатами, люди считают себя учеными. Вам кажется, что вы продвигаетесь так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 137

Вы уверены, что ваша железобетонная убежденность заработана честным трудом. Вы думаете, что полны оригинальных идей, основанных на настоящих, глубоких знаниях. Вы думаете, что всех порвали, хотя матч был договорной. Ирония в том, что, если спор закончился не в вашу пользу, вы валите всю вину на оппонента: это он упертый баран, который не способен признать свою ошибку.

Такова сила человеческих заблуждений. Афера такого размаха — наполнить вас убежденностью без малейших на то оснований — это результат командной работы двух видов заблуждений.

1) Искаженного представления о себе. Когда вы смотрите в зеркало, вы не видите, насколько интеллектуально несовершенны: густой дым Примитивного разума показывает вам образцового интеллектуала.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 138

2) Искаженного взгляда на мир. Когда вы мыслите ясно, как ученый, вы хорошо понимаете, что и мир, и люди до невозможности сложны, неоднозначны и запутаны. Этот факт заставляет вас скромнее смотреть на свои знания, какими бы обширными они ни были. Но когда вы мыслите как адвокат, тот же заволакивающий сознание дым, что не дает посмотреть на себя со стороны, искажает еще и видение окружающего мира. В то время как ясный взгляд ученого видит мир как будто в дыму, задымленный взгляд адвоката видит мир простым, отчетливым и черно-белым. По мере того, как ваш интеллект спускается по лестнице, размазанные спектры кристаллизуются в отчетливые и бинарные оппозиции, а люди при всей своей уникальности обобщаются в стереотипные группы. Теперь у проблемы есть только две стороны: правильная и неправильная, а шанс на компромисс крайне мал. Люди либо правы, либо неправы, у них либо благие намерения,  либо злой умысел — и всё на этом. Чрезмерное упрощение — отличительная черта интеллектуала-дилетанта.

Высокомерие — это совокупность невежества и убежденности. Эта комбинация особенно губительна, поскольку не дает вам стать лучше. Вы не только остаетесь без реальных знаний, но и теряете способность к самокритичности, необходимой для их получения и развития навыков мышления. Когда вы чувствуете себя на высоте, вам кажется, что расти уже некуда. Мы все накапливаем жизненный опыт, но не все им пользуемся. И если самокритичность — это проницаемый фильтр, который впитывает жизненный опыт и превращает его в знания и мудрость, то высокомерие — это резиновый щит, от которого жизненный опыт попросту отскакивает. 

___________

В защиту тех, кто мыслит по-адвокатски, можно сказать одно: они хотя бы понимают, зачем вообще нужна стрелка. Хоть их невозможно переубедить, интеллектуально им не так далеко до добросовестного мышления. Где-то на периферии голос Высокоразвитого разума имеет хоть какой-то вес. И если научиться его слушать и ценить, не всё еще потеряно.

Но опять же, мы имеем дело со спектром, так что положение Высокоразвитого разума не у всех адвокатов одинаково. Лестница мышления работает как конгресс США. Есть две «партии»: рулить будет та, у которой большинство голосов. В любой точке спектра, либо Высокоразвитый, либо Примитивный разум берет на себя функции управления, а определяется это вашим положением относительно середины лестницы. Но, как и в конгрессе, имеет значение, какой был отрыв. Когда мыслишь как адвокат, большинство у партии Примитивного разума, а Высокоразвитый — это сильная оппозиция, которая еще может на что-то повлиять. Но по мере того как ваш интеллект опускается вниз по психологическому спектру в самое сердце Неопроверляндии, голос Высокоразвитого разума слабеет. За Примитивным теперь квалифицированное большинство, и в конечном счете партия Высокоразвитого остается практически без власти.

По мере спуска вы становитесь всё более коррумпированным адвокатом, который с большей вероятностью примет в качестве веского доказательства или аксиомы пластиковую вишенку: фейковые новости, некачественную статистику, истории из личного опыта. Споря с людьми, вы начинаете вырывать информацию из контекста и даже внаглую врать. А чем меньше вы будете встречать не согласных с вами людей, тем легче будет считать их не достойными разговора. Всё это придает вам больше уверенности в правильности своих убеждений. В то же время самомнение и убежденность лишь крепчают. Вы больше не думаете о том, как пришли к этой точке зрения, — вы просто знаете, что она верна.

В конечном итоге ваша стопка ценностей выглядит так:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 139

Когда подтверждение поднимается на уровень священных ценностей, оно прибивается старым добрым гвоздем, а истина будет свисать как придется.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 140

Ваше мышление теперь полностью работает на древней прошивке Примитивного разума, а рациональный, самокритичный и трезвомыслящий Высокоразвитый окончательно вытеснен.

Вы прибыли на последнюю ступеньку.

Ступенька четвертая. Мыслим как фанатик

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 141

Время от времени такое случается со всеми. Мы все наивны — каждый по-своему, а фанатичное мышление порой из наивности и произрастает. Иногда фанатичному мышлению нас учат родители и друзья. Иногда нам страшно, и фанатизм — наш островок безопасности.

Думаю, это происходит потому, что люди часто с непривычки склонны отождествлять мнения с несущими их людьми. Это ведет к ошибочному умозаключению, что ценность человека равна ценности его убеждений. И что наша личная безопасность зависит непосредственно от их защиты — возражение воспринимается как физическая угроза. Принятие наших убеждений создает иллюзию одобрения и признания. Это одна из многих ловушек, в которые мы попадаем, когда наше мышление контролирует Примитивный разум.

Когда вы забываете, что люди и мнения не одно и то же, весь ваш мыслительный процесс несет тяжкое бремя: ваша потребность защищать свои убеждения так же сильна, как потребность в физической безопасности. Вы променяли горизонтальную гибкость ученого на полную готовность поступиться положением на вертикальной оси, а вертикальную неподатливость ученого, которая удерживает его мыслительную процедуру на верхней ступеньке, на неподатливость горизонтальную: вы прибиты к той точке на спектре, где находятся ваши убеждения. 

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 142

Самокритичность вам больше не свойственна. Когда мыслишь как фанатик, это кажется признаком слабости, чем-то постыдным. Вы никогда не скажете «Я не знаю», потому что для вас это всё равно что сказать «Я не знаю, кто я такой». Но вы-то знаете. Ваши убеждения — идеальное отражение объективной истины, точка. Нет ничего проще, чем добывать знания: если небо голубое, это и так видно. Любой, у кого есть голова на плечах, знает, что правда, а что нет.

Фанатикам стрелка мыслительного процесса не нужна вовсе. Стрелки, по их мнению, для идиотов.

На самом же деле некоторый набор мнений стал для вас священным, и вы отказались от независимого поиска истины, чтобы верно служить этим священным взглядам. Без влияния Высокоразвитого разума, который требовал бы какой-никакой мыслительной процедуры, некогда строгий научный метод превратился в это:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 143

Для фанатиков мышление — это скорее культ, чем познание.

Вы испытываете глубокое удовлетворение каждый раз, когда получаете подтверждение своим взглядам. А сбор дополнительной информации не имеет смысла: вы и так знаете, что ваши вишенки безупречны, и контролёр внимания может не выходить на работу.

Контролёр доверия тоже остался не у дел. Мнения, которые подтверждают вашу позицию, — это мнения хорошие и настоящие, их высказывают хорошие, разумные люди. И это единственные мнения, которые вам хочется слышать.

Три помощника в вашем мыслительном процессе, которые раньше вместе с вами искали путь к истине, теперь шлют внутрь бесконечный поток любви, принятия и одобрения. Они создают иллюзию безопасности за счет случайных фактов, статистики и мнения других людей, которые вас всячески подбадривают.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 144

Что касается этапа проверки — он просто-напросто отсутствует. Во-первых, зачем проверять то, в чем вы и так уверены? Зачем проверять, что вода мокрая? Но что еще более важно, когда вы отождествляете мнения с людьми, вы воспринимаете оспаривание своих убеждений как личное оскорбление. Обесценивание. Нарушение прав. Угрозу. Если ученые в возражении видят часть головоломки, а болельщики — теннисный мяч, фанатики видят в нем ведерко говна.

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 145

А кто хочет оспорить ваши убеждения? Несогласные. Несогласные — это люди, которые придерживаются иных точек зрения. А это значит, что они от вас отличаются, от таких ничего хорошего не жди. Само по себе их существование, если его допустить, лишает законной силы ваше существование, поэтому таких людей терпеть нельзя. Вы всеми силами избегаете несогласных и их поганых мнений, а в оставшееся время издеваетесь над ними, — это еще одна форма самоутверждения.

На вершине лестницы вы были самокритичным исследователем, и это придавало вам интеллектуальной стойкости. Боксерские поединки были вашей стихией: вы становились умнее, ближе подбирались к истине. Однако теперь, когда вы мыслите как фанатик, на ринг выходит ваше голое, незащищенное тело. Вам не хочется смотреть, как дерется ваше мнение, не хочется болеть за него, не хочется даже подкупать судью. Вы запрещаете бокс вовсе. 

Мышление фанатика не предполагает процесса рассуждений. Все рассуждения излишни. Вы вечно находитесь здесь:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 146

Вы образец высокомерия, необоснованной убежденности, невежества и неосознанности. Однако под этим фасадом скрывается пугающая слабость, защищенная лишь скорлупой примитивных убеждений. Положение незавидное.

Вот мы и нарисовали лестницу мышления. Пришло время подвести итоги:

Тим Урбан. История под названием «Мы». Глава 7. Лестница мышления 147

Каждый из нас — черновик, незаконченное произведение. С течением времени мы взрослеем не только биологически, но и психологически. Чем больше мы развиваемся в психологической сфере, тем чаще мы мыслим с верхних ступенек лестницы и тем реже опускаемся на нижние. Однако я убежден, что каким бы развитым ни был человек, он никогда не сможет полностью избавиться от примитивного мышления.

В этой главе мы касались исключительно мышления отдельного человека, однако человек живет в обществе. Двумерная картинка, которую мы нарисовали, далеко не полная. Это лишь срез трехмерной системы, кусок хлеба, отрезанный от буханки человеческого поведения. Чтобы откалибровать нашу оптику, нам нужно уменьшить изображение, пристальнее вглядеться в буханку и изучить, как мыслят группы людей. В следующей главе мы шагнем в прекрасный и в то же время жуткий мир интеллектуальных культур.

Глава 8: Лаборатории и эхо-камеры

По материалам Wait But Why

Переводили: Вера Баскова, Светлана Писковатскова, Екатерина Егина, Булингир Надвидов, Влада Ольшанская и Эвелина Пак.

Редактировал Александр Иванков