Среднее время прочтения — 7 мин.

Прошло 16 лет с тех пор, как «Аль-Каида» осуществила один из самых массовых терактов в современной истории, который унес жизни 3 000 человек. Почти сразу после атаки правительство США поклялось отомстить террористам. «Когда мы выясним, кто это сделал, им не понравится иметь дело с таким президентом, как я», — заявил, по воспоминаниям одного из помощников, Джордж Буш-младший после крушения первой из башен-близнецов.

Читает Тарасов Валентин
PodsteriTunesYouTubeСкачать

И хотя ответный удар США нанес «Аль-Каиде» существенный ущерб, тревожная правда заключается в том, что за последние несколько лет террористической группировке удалось возродиться. Воспользовавшись повышенным вниманием международного сообщества к ИГ, «Аль-Каида» смогла стать такой же — или даже более — мощной, чем была до 11 сентября.

До событий 11-го сентября насчитывалось несколько тысяч активных участников группировки по всему миру. Сегодня, по некоторым оценкам, одно лишь подразделение «Аль-Каиды» в Сирии насчитывает около 30 000 бойцов. Еще тысячи сражаются в рядах связанных с ней группировок в странах вроде Сомали, Йемена, Афганистана, а также в Северной Африке. В некоторых из этих организаций — особенно в йеменской — подготовкой боевиков занимаются опытные международные террористы, которые прежде планировали изощренные атаки на американских граждан.

«Аль-Каиде» удалось вернуть свое влияние во многом благодаря использованию фактора ИГ. По мере того, как ИГ привлекало к себе внимание захватами территории в Ираке и Сирии и организацией терактов в Европе, «Аль-Каида» незаметно сконцентрировалась на вербовке и установлении отношений с местными мятежными группировками, ведущими хаотичные гражданские войны. В результате западные страны проводили контртеррористические операции в основном против ИГ, нанося группировке колоссальный ущерб, в то время как «Аль-Каида» возвращала былую мощь.

Нашим вниманием «[почти] безраздельно завладело ИГ, его группировки в Ираке и Сирии», — заявила Кэтрин Циммерман, старший аналитик Американского института предпринимательства, специалист по «Аль-Каиде». «Теперь, когда оно стремительно теряет подконтрольные территории, люди следят за событиями в мире и говорят, что колоссальная угроза еще существует — и это не ИГ».

Это не значит, что сейчас «Аль-Каида» угрожает американцам больше, чем до событий 11 сентября. Дело не только в том, что США и их союзники стали намного эффективнее предотвращать широкомасштабные и зрелищные теракты, которые предпочитает «Аль-Каида». Непонятно, насколько связанные с группировкой организации вообще заинтересованы в том, чтобы нападать на Штаты сейчас.

Большинство этих группировок втянуты в долгосрочные кровопролитные гражданские войны, на которые уходит все их внимание и ресурсы. Конечно, они не самые большие поклонники США, но подготовка сложных и дорогостоящих терактов сейчас не входит в список их первостепенных задач.

Кроме того, фактором для возрождения «Аль-Каиды» из пепла стала ее способность вербовать сторонников под прикрытием гражданских войн. Масштабная атака на США положила бы конец такому способу пополнять свои ряды. «Аль-Каида принимает активное участие во множестве военных конфликтов одновременно, при этом она делает все возможное, чтобы скрыть свое присутствие.

Поэтому для террористов было бы контрпродуктивно проводить широкомасштабную операцию против Запада», — объясняет Дэвид Гартенштейн-Росс, старший научный сотрудник Фонда защиты демократий и генеральный директор группы по исследованию террористической деятельности Valens Global.

Однако речь идет об «Аль-Каиде» — группировке, которая по-прежнему считает атаки 11-го сентября своим величайшим достижением. Пока она сохраняет свою мощь, риск крупной атаки по-прежнему выше, чем допускают аналитики. «По сути, я действительно считаю возрождение „Аль-Каиды“ весьма серьезной угрозой для Запада», — отмечает Гартенштейн-Росс.

Аль-Каида возвращается спустя 16 лет 1
Фото: Fadi al-Halabi/AFP/Getty Images

На примере Сирии видно, как «Аль-Каида» наращивает позиции, пока ИГ сдает свои.

Три года назад под контролем ИГ находилась часть территорий Сирии и Ирака, общей площадью сравнимая с Великобританией. Группировка также располагала десятками тысяч вооруженных солдат — такой уровень угрозы превращал «Аль-Каиду» в далекое воспоминание для большинства аналитиков.

Однако с тех пор ИГ потеряло 78% своей территории в Ираке и 58% — в Сирии. Боевики покинули все подконтрольные им крупные города (кроме Ракки, своей столицы, которая сейчас находится под осадой США и их союзников). По оценкам американского командования, в Ираке и Сирии было ликвидировано от 60 000 до 70 000 бойцов ИГ; количество террористов ИГ в обеих странах снизилось до 12 000–15 000 тыс чел.

Это, в свою очередь, означает, что связанная с «Аль-Каидой» группировка «Хайят Тахрир аль-Шам», вполне вероятно, превосходит численность ИГ в Сирии. ХТШ насчитывает от 20 000 до 30 000 бойцов — это наиболее мощное вооруженное формирование в контролируемой повстанцами провинции Идлиб на северо-западе Сирии. Довольно долго группировка играет большую роль в гражданской войне.

История о том, как «Аль-Каиде» удалось преуспеть там, где ИГ проиграло, позволяет более подробно проанализировать стратегию по возрождению «Аль-Каиды». У поражения ИГ в Сирии есть две причины. Во-первых, вместо того, чтобы сотрудничать, группировка испортила отношения с другими мятежными формированиями, которые борются с режимом президента Башара аль-Асада. Она постоянно воевала с ними, тем самым лишив себя потенциальных сторонников в регионе.

Во-вторых, ИГ настроило против себя США, Европу и крупные региональные державы. Группировка аннексировала территории и организовывала теракты во всех уголках мира, что превратило их в стратегическую угрозу, требующую немедленного устранения. ИГ было не настолько сильно, чтобы противостоять международной коалиции, поэтому дела пошли под откос.

«Аль-Каида» действовала иначе.

Вместо того, чтобы вступать в конфликт, она находила точки соприкосновения в борьбе против Асада. Внедряя среди повстанцев свою стратегию и даже своих бойцов, «Аль-Каида» могла более эффективно распространять собственную идеологию и привлекать новых сторонников.

За счет такого сотрудничества Западу стало сложнее бороться с «Аль-Каидой», чем с ИГ, чьи средства, бойцы и командные структуры разительно отличались от разномастных повстанческих формирований. Когда в 2014 году администрация Обамы отдала приказ о бомбардировке базы «Аль-Каиды» в Сирии, враждебные Асаду группы повстанцев выразили недовольство, не без оснований восприняв эту акцию как удар по своему партнеру.

Кроме того, центральное руководство «Аль-Каиды» публично отреклось от своих сирийских бойцов, что позволило ХТШ (тогда известной как «Джабхат аль-Нусра») в 2016 году объявить о «разрыве» с «Аль-Каидой».

Многие аналитики полагают (частично они основывают свои доводы на перехваченной у «Аль-Каиды» информации), что это лишь ребрендинг с целью защитить группировку от США. Этим ХТШ старалась вызвать сомнения в их сотрудничестве с «Аль-Каидой», и следовательно, в уровне угрозы, которую они представляют для Штатов.

«Это не настоящий разрыв, а лишь игра на публику. В действительности они не прекращали сотрудничества», — заявляет Миа Блум, профессор Университета штата Джорджия, специалист по терроризму. «Они занимаются многим из того, что делали и раньше».

Наконец, «Аль-Каида» не стала организовывать широкомасштабную атаку на Запад, используя Сирию как перевалочный пункт. ИГ же вплоть до недавнего времени использовало свою территорию как командно-административный центр для координации терактов по всей Европе.

Таким образом, пока ИГ использовало свои позиции в Сирии как средство для выхода на международный уровень, «Аль-Каида» трансформировалась в межрегиональную организацию. «Читая, что планирует делать „Аль-Каида“, понимаешь, что их цель — не только истребление американцев», — объясняет Циммерман. «Они стремятся к победам на локальном уровне, и эта стратегия уже дала результаты — например, в Сирии».

Основываясь только на относительной мощи двух группировок, можно сделать вывод: стратегия «Аль-Каиды» оказалась (в долгосрочной перспективе) более успешной.

Насколько «Аль-Каида» заинтересована в уничтожении США?

«Аль-Каида» распространила на «горячие точки» по всему миру стратегию «локализации»: вмешаться в гражданскую войну, солидаризироваться с местными группировками и заниматься проблемами исключительно локального характера, избегая спланированных атак на Западе.

В Йемене «Аль-Каида» воспользовалась кровавым гражданским конфликтом, чтобы способствовать укреплению своего и без того влиятельного союзника, «Аль-Каиды на Арабском полуострове».

По данным Государственного секретариата США, влияние АКАП в период с 2015 по 2016 годы возросло в четыре раза: ее численность увеличилась с 1 000 до 4 000 бойцов. Аналитики полагают, что именно эта группировка представляет наиболее серьезную угрозу для Запада: с 2009 по 2012 годы они предприняли три атаки на американских граждан. В рядах АКАП числится и создатель хитроумных бомб Ибрагим Хассан Тали аль-Асири.

Сомалийское отделение «Аль-Каиды» под названием «Аль-Шабааб» сосредоточилось на манипуляции межклановыми противоречиями, а также коррумпированным и исключительно слабым центральным правительством страны. В результате, как объясняет специалист из Гарварда Кристофер Анцалоне, усилия США и прочих государств сокрушить группировку оказались безрезультатны.

В Афганистане, чтобы покончить с «Аль-Каидой» и ее сторонниками из числа талибов, до сих пор находится более 11 000 американских солдат. А тем временем «Аль-Каида» проводит в этой стране структурные реформы, пресекая попытки зарождающегося афганского крыла ИГ проникнуть туда. Считается, что Айман аль-Завахири, глава «Аль-Каиды», и Хамза бен Ладен, сын Усамы бен Ладена, находятся либо в самом Афганистане, либо в соседнем Пакистане.

Захочет ли «Аль-Каида» рискнуть своими недавними достижениями и снова атаковать США?

Предупреждая о возрождении «Аль-Каиды», эксперты сходятся во мнении, что своими успехами группировка обязана решению залечь на дно. Военная реакция США и их союзников на события 11-го сентября имела разрушительные последствия для «Аль-Каиды». Пожалуй, решение позволить ИГ отвлечь мировое сообщество, а самим спокойно заняться структурной перестройкой, — лучшее, что случалось в «Аль-Каиде».

В конечном счете остается неясным, планирует ли «Аль-Каида» еще одну террористическую атаку в стиле 11 сентября в США. Такую вероятность нельзя исключать, но этого может и не случиться. С другой стороны, можно почти с полной уверенностью предсказать, что ИГ продолжит организовывать теракты меньшего масштаба, несмотря на череду поражений от международной коалиции. «В последующие 12-18 месяцев я определенно назвал бы ИГ более опасной группировкой в плане террористических атак», — заявил Гартенштейн-Росс.

Однако нет такой уверенности в том, что расклад сил не изменится: некоторые специалисты полагают: «Аль-Каида» уже сейчас считает себя достаточно восстановившейся, чтобы снова вступить в противостояние с Западом.

Аль-Каида возвращается спустя 16 лет 2

В мае 2017 года Хамза бен Ладен опубликовал видео с советом мусульманам, желающим стать мучениками джихада, в котором призывал сторонников «Аль-Каиды» «следовать примеру мучеников за веру». А в понедельник, в 16-ю годовщину событий 11-го сентября, «Аль-Каида» разместила в широком доступе 4 заявления с напоминанием о теракте. В одном из них на изображение горящих башен было наложено лицо Хамзы.

#АльКаида опубликует 4 обращения в годовщину терактов 11-го сентября.

Обратите внимание на изображение Хамзы бен Ладена в детском возрасте на башне Всемирного торгового центра.

Основной вывод в следующем: локализация может представлять из себя изменения скорее тактического, нежели стратегического характера. «Аль-Каида» вполне может снова сменить стратегию, если решит, что новая реформа отвечает ее интересам. Тогда она направит свои растущие силы и ресурсы на организацию масштабных атак на Запад.

Именно поэтому (в долгосрочной перспективе) «Аль-Каида» представляет бóльшую угрозу, чем ИГ: ее руководители мыслят стратегически, и — по крайней мере, в отношении США — намного более масштабно и смертоносно.

«„Аль-Каида“ может атаковать США, но решила этого не делать», — объясняет Циммерман. «Мне пока не удалось определить, что может стать причиной для смены стратегии».

Оригинал: Vox.

Автор: Зак Бьючамп.

Перевела: Влада Ольшанская.

Редактировали: Елена ОстапчукСергей Разумов.