У нас на Патреоне и Бусти еженедельно выходят эксклюзивные выпуски подкасты на основе коротких статей. Сегодня делимся с вами одним из них.

Быть человеком — значит забывать. Но вы, наверное, хоть раз да задумывались: «Когда забывчивость — это нормально, а когда нет?»

Вот четыре примера, отвечающие на этот вопрос.

1. Забыли, где припарковались

Не помните, где припарковались, потому что думали в тот момент о чем-то другом? Расслабьтесь, всё нормально. При Альцгеймере ситуация бы выглядела иначе.

Представим, что у вас Альцгеймер. Вы припарковались на стоянке торгового центра и ушли на час за покупками. Вернувшись на парковку, вы не пытаетесь вспомнить, какой у вас был этаж: третий или все же четвертый. Вместо этого вы думаете: «Как я тут оказался?» Или же стоите прямо перед своим автомобилем, но не узнаёте его.

2. Забыли имя человека или название фильма

Если слово вертится у вас на языке, но вспомнить его никак не можете — феномен «ой-да-как-же-его-звали» — то всё в порядке, это не Альцгеймер.

Это один из самых распространенных случаев сбоя памяти. Пытаетесь вспомнить какое-то слово, чаще всего имя существительное, например, имя человека или название фильма. И вы знаете, что знаете это слово, но прямо сейчас его нет у вас в голове.

И всё же неспособность вспомнить слова может быть ранним признаком болезни Альцгеймера. Так как же определить, просто ли слово вылетело из головы или же дело в деменции? При болезни Альцгеймера в день забываются десятки слов. И вместо того, чтобы путать только имена собственные, люди с болезнью Альцгеймера не могут вспомнить названиях самых обычных существительных, таких как ручка, ложка, велосипед.

3. Забыли, куда положили ключи или еще что-то

Если вы не помните, где оставили ключи, то ничего страшного в этом нет. Скорее всего, дело в невнимательности.

Однако если вы потеряли ключи, а потом нашли их там, где они точно не должны были быть (допустим, в холодильнике или микроволновке), или же наткнулись на них и думаете, кому они принадлежат, или для чего эту штуковину вообще используют, то нужно насторожиться. Это могут быть симптомы Альцгеймера.

4. Забыли, как делать что-то, например, как варить кофе

Здесь речь уже идет о мышечной памяти, которая на удивление постоянна, несмотря на течение времени, — мы помним, как делать то, чему научились, особенно если действие выполнялось регулярно.

Так что если вы решили сварить кофе и не можете вспомнить, куда тыкать на кофеварке, или собрались стирать вещи, но забыли, как работает стиральная машина, или же не знаете, как выполнять другие привычные рутинные действия, то это может быть признаком Альцгеймера.

Однако в забывчивости не всегда виноват именно он. Причиной рассеянности может быть, к примеру, легкое когнитивное расстройство (и совсем не обязательно, что оно выльется в Альцгеймер), дефицит витамина B12 или недостаток сна. Как и в случае с заболеваниями сердечной или репродуктивной системы, нужно сходить к врачу, рассказать ему о проблемах с памятью и осознать, что здоровье мозга находится в ваших руках.

По материалам TED
Автор: Лайза Дженова

Переводила: Елизавета Яковлева
Редактировала: Анастасия Железнякова

Как и у многих из нас, у зоолога Мелинды Бабитс есть любимые домашние животные. Однако это не кошечки или собачки, о которых вы наверняка подумали.

«Я люблю тараканов, — признается она. — Считаю, что это чудесные домашние животные».

Бабитс начала разводить тараканов еще в подростковом возрасте. Они были кормом для ее домашних ящериц.  Но вскоре девушка заметила, что эти создания живут в своем особом мире и у них есть индивидуальность. «Когда я увидела, как тараканы взаимодействуют друг с другом, самцы ухаживают за самками, дерутся друг с другом, то сразу же влюбилась в них», — вспоминает зоолог. 

Бабитс — аспирант кафедры эволюционной зоологии и поведения человека Дебреценского университета в Венгрии. И она продолжает начатые еще в юности наблюдения, разрабатывая личностные тесты для насекомых.

На Земле живут приблизительно 10 квинтиллионов особей. Это единица и 18 нулей. Другими словами, на каждого человека приходится около миллиарда букашек. «Многие считают насекомых чем-то вроде роботов, которые только едят и размножаются, и существуют лишь для того, чтобы нас раздражать, — рассуждает Бабитс, — но ведь эти животные окружают нас повсюду, и людям нужно познакомиться с ними поближе ».

Однако не заблуждайтесь: создаваемые зоологом тесты не установят тип личности таракана по системе Майерс-Бриггс и не определят его на факультет Хогвартса. Всё потому, что индивидуальные черты характера, которые мы относим к определенному личностному типу, нельзя напрямую перенести на насекомых или других животных. Неслучайно слово «индивид» входит в состав слова «индивидуальность». Личность насекомых гораздо проще личности человека. 

В своем исследовании Бабитс и ее коллеги определяют личность как «комплекс устойчивых индивидуальных отличий». Устойчивые паттерны в поведении можно наблюдать у одних и тех же насекомых спустя время и в разных ситуациях. Например, Бабитс подметила, что среди тараканов, которых она разводила, некоторые особи  мужского пола были намного агрессивнее других.

Но как узнать, в чем заключается разница между личностью человека и насекомого? Взгляните на собаку или кошку. Как вы понимаете, что у них есть личность? Вспоминаются их игривость, уровень активности и то, насколько сильно они к вам привязаны. А теперь подумайте о своем лучшем друге: о его обычном поведении, особенностях, странностях, о том, что бросилось вам в глаза при вашей первой встрече, о его мыслях и действиях, о том, как он общается и выражает свои эмоции.

Наиболее изученными личностными чертами насекомых считаются бесстрашие, общительность и агрессивность. Цель исследования Бабитс — определить индивидуальные различия между насекомыми одного вида. В своих экспериментах она использует клопов-солдатиков вида Pyrrhocoris apterus. Эти яркие красно-черные насекомые широко распространены в Европе, так что их легко найти и для их разведения не нужна лаборатория. Последнее обстоятельство позволяет избежать генетической ограниченности группы.

Чтобы выявить индивидуальные различия клопов, Бабитс проводит над ними эксперименты. Насекомых запускают на арену круглой формы диаметром 55 сантиметров и со стенками высотой 46 сантиметров, чтобы они не разбежались. Внутрь кладут незнакомые предметы вроде крышек от пластиковых бутылок, а все движения клопов фиксируются на камеру. Затем компьютерная программа анализирует  перемещение каждой особи, обращая внимание на то, насколько активно насекомые передвигались по арене и взаимодействовали ли с новыми предметами. Не позже чем через три дня тех же особей вновь запускают на арену, чтобы увидеть, не изменится ли их поведение.

Лишь самые бесстрашные особи отправляются туда, где еще не бывали их сородичи — на крышку бутылки. Эти черты характера определяются весьма условно. Как поясняет Бабитс: «Я не знаю, смел клоп или труслив, я могу только сказать, что он храбрее остальных особей».

К прочим граням личности клопа-солдатика относятся такие качества, как подвижность и любопытство. «Обычно они взаимосвязаны. В первом случае нам интересно, сколько времени особь тратит на изучение окружающей обстановки, — рассказывает Бабитс. — Что до любопытства, то оно еще сильнее связано непосредственно с самим пространством, которое окружает насекомого: некоторые особи предпочитают ползать только по какой-то одной части арены, другие же наворачивают круги, исследуя все пространство.

Кроме того, ученые изучают общительность клопов. Вместе с коллегами Бабитс создала карту социальных контактов насекомых. Как им это удалось? Шесть маркированных клопов-солдатиков поместили на арену, где в разных местах было отмечено 18 точек. Если насекомые пересекались в одной из них, и между ними был физический контакт, то тогда их включали в одну сеть социальных контактов. Ученые подсчитали число таких контактов в течение 12 часов. Выяснилось, что с клопами-солдатиками дело обстоит как с людьми — одни особи общительные, а другие замкнутые.

Но какая разница, есть ли у насекомых личность или нет? Бабитс отвечает: «То, как индивид создает и поддерживает связи с другими, косвенно влияет на поведение всей группы». Это также напрямую оказывает воздействие на здоровье и благополучие как отдельных особей, так и группы в целом. Клопы-солдатики могут заражать друг друга болезнями, передавать паразитов, так что, как поясняет исследовательница, «у социально активной особи больше шансов разнести заразу в сравнении с необщительной».

Индивидуальность особей может быть ключом к выживанию некоторых видов насекомых. «В разных ситуациях группе или виду могут пригодиться разные качества их представителей, — отмечает Бабитс. — Например, более любопытные индивиды могут обнаружить новые источники пищи». Знание личностных характеристик человека помогает ученым предсказывать риск развития у него того или иного заболевания, а также определять, доволен ли он своей работой и как реагирует на стресс. Понимание же личности насекомых даст исследователям представление и о других аспектах их поведения, к примеру, как они осваивают новые территории, как выглядит их социальная структура, и как они добывают еду.

На данный момент исследование Бабитс недостаточно обширно, чтобы из него можно было сделать серьезные выводы, но она планирует продолжать свою работу. Чтобы избежать влияния полового поведения на личность насекомых, группы ее модельных объектов состоят либо целиком из самцов, либо из самок. Однако в будущем Бабитс хотела бы объединить эти две группы. «Интересно собрать вместе представителей обоих полов и посмотреть, предпочтут ли самки компанию других самок или же самцов, и как это изменит динамику внутри группы».

Двух насекомых или их видов, похожих друг на друга, не существует. Именно поэтому Бабитс хочет расширить исследование и включить в него насекомых с различной продолжительностью жизни и физиологией. Например, дрозофилу вида Drosophila suzukii. Понимание особенностей ее характера и того, как он меняется от сезона к сезону, может помочь фермерам бороться с этим вредителем. Дрозофила данного вида распространена повсеместно и откладывает яйца в малину, грушу и виноград. Кроме того, у нее есть сезонные летние и зимние формы — так называемые морфы. Исследователи могут использовать сезонные изменения в поведении морф, чтобы контролировать распространение этих насекомых. 

Начав с насекомых, исследователи могут затем перейти к изучению поведения  уже более сложных животных. К примеру, если вы знаете характер особей, которые живут в зоопарке, то сможете создать вольеры, подходящие именно им.

Любовь Бабитс к насекомым остается неизменной. Вот уже 16 лет она держит дома тараканов в качестве питомцев. «Одна из главных целей моей жизни — показать людям, какими потрясающими существами являются насекомые», — объясняет исследовательница.

Так что, если в следующий раз при виде муравья или жука вы инстинктивно потянетесь за ботинком или книжкой, чтобы его раздавить, вспомните слова Бабитс: «Перед вами на самом деле уникальная личность».

По материалам Ideas TED
Автор: Меган Прескотт
Иллюстрация: Marcos Chin

Переводила: Елизавета Яковлева
Редактировали: Фёдор Каузов, Александра Листьева

Но есть и хорошие новости: интернет может помочь нам избавиться от этих чувств и создать новые узы солидарности, говорит теоретик СМИ Дуглас Рашкофф.

Однажды, после лекции в Беркли в 1960-х годах, психолог отвечал на вопросы слушателей. Со своего места встала молодая женщина и сказала, что она осознает глубокую связь между людьми и коллективной ответственностью, которую мы все разделяем, но не знает, что делать дальше. Психолог ответил: «Ищите таких же, как и вы».

Как нам сегодня «найти таких же», а точнее, найти людей, с которыми мы можем общаться ближе? Мы можем попытаться низвергнуть все устои, государственные структуры, а также разделяющие нас особенности мировосприятия, чтобы восстановить межличностные отношения, которые делают нас полноценными людьми. Но несмотря на то, что противостоять внешним методам социального разделения довольно просто, справиться с внутренними преградами на пути ко всеобщему объединению гораздо сложнее. Все они так или иначе связаны с чувством стыда.

Социальное согласие о сокрытии своего дохода или его отсутствии меньше защищает чувства друг друга, чем власть нашего начальства.

Например, нас с раннего возраста приучают не говорить о деньгах. Мы не разглашаем размеры своих зарплат и объемы сбережений — это темы столь же глубоко личные, как и записи в наших медицинских картах. Так повелось еще со времен бывших крестьян. Когда аристократия осознала, что больше не может опережать крепнущий средний класс, она стала искать неденежные методы демонстрации высокого общественного положения, такие как благородство происхождения. Аристократы больше не могли позволить себе одеваться в роскошные наряды или украшать дома на манер новоявленных буржуа, а потому стремились к более скромной эстетике. Так благородство обязывало скрывать свой достаток, а не выставлять его напоказ.

До сих пор невежливо спрашивать человека о том, сколько денег он зарабатывает. В определенных ситуациях мы смущаемся, если зарабатываем слишком мало; в других нам стыдно, если мы получаем слишком много. Но в целом, соглашаясь скрывать размеры дохода или же его полное отсутствие, работники не защищают свои чувства, но охраняют интересы начальства.

Так, босс повышает вам зарплату до тех пор, пока вы никому об этом не расскажете. Иначе остальные будут просить того же. Если вы соглашаетесь хранить тайну, вы оказываетесь в сговоре с руководством и становитесь похожи на обиженного ребенка, которого успокаивают леденцами, покупая его молчание. Подкуп создает узы, скрепленные стыдом. Они могут быть разорваны только тогда, когда заложник ситуации найдет того, кому можно доверить свой секрет — часто это люди, перенесшие то же самое. Мы обретаем настоящую силу, когда, заручившись поддержкой целой группы единомышленников, готовы вслух заявить о надругательствах руководства.

Аналогично сила профсоюзов заключается не только в коллективных переговорах, но и в чуткости работников по отношению друг к другу, что является одной из основополагающих черт коллектива. Общение между сотрудниками помогает избежать ситуаций, когда члены коллектива по задумке руководства конкурируют по самым незначительным поводам. Вот почему приложения такси и курьерской доставки не поддерживают функции коммуникации между сотрудниками. Общение работников способствует их единению, а в сплоченном коллективе гораздо выше риск проявления всеобщей неудовлетворенности.

Вещи становятся нормальными, когда их перестаешь стыдиться.

Религии, секты, правительства и социальные сети используют схожие приемы для контроля участников: они собирают сокровенные тайны, данные о сексуальных наклонностях или проблемах самоидентификации и угрожают использовать эту информацию против своих членов. Некоторые секты используют детекторы лжи, чтобы выведать самые постыдные секреты своих последователей. Этот технический прием является современной версией исповеди, которую церковь использовала для того, чтобы шантажировать богатых или стыдить малоимущих прихожан. Долгожданное развитие интерсекционального подхода к гендерному и расовому многообразию и инвалидности бросает вызов социальным программам, направленным на стигматизацию различий.

Единство внутри коллектива укрепляется, а соблюдение правил становится более строгим, если члены коллектива порицают тех, кто отклоняется от нормы или не соответствует устоявшимся порядкам. Студенческие братства заставляют новобранцев проходить постыдные вступительные испытания подобно тому, как набожные лицемеры усмиряют своих последователей безропотным послушанием. В интересах общества похожие приемы могут использовать руководства школ для борьбы с буллингом или экологи для порицания предприятий, загрязняющих окружающую среду. Но проблема в том, что люди и учреждения, склонные к деструктивному поведению, не так уязвимы для стыда. Задиры гордятся своими выходками, а корпорации не испытывают эмоций.

К общественному порицанию чутки только те, кто не скрывает своей человеческой натуры, поэтому стыд — контрпродуктивный способ сближения людей. Коллективы должны основываться на общих надеждах, потребностях, сильных сторонах и уязвимостях. Интернет с его отчасти нарочитой открытостью создает возможности для разрушения организационной роли стыда и создания новых, прежде невозможных уз единства. Неслучайно именно цифровая культура привела нас к однополым бракам и легализации марихуаны. Поступки становятся обычными, когда их перестаешь стыдиться.

Эксперименты показали, что после нескольких секунд восторженного состояния у некоторых людей возрастает чувство альтруизма, кооперации и жертвенности, повышается способность к совместному труду.

Как только мы избавимся от стыда, мы будем вольны в полной мере ощутить заветное, но маловероятное безумие человеческого существования. Мы будем достаточно уверены в себе, чтобы покинуть неприступность компьютерной имитации и погрузиться в хаос социальной близости. Мы перестанем восхищаться степенью детализации виртуального мира или реалистичностью мимики робота и откроем свое сознание для дуновения ветра или касаний возлюбленных. Мы сменим головокружение «зловещей долины» на восторженный трепет.

Состояние трепета может быть вершиной человеческого опыта — это лежит за пределами противоречий. Если особая задача человека — осознавать этот мир, можем ли мы представить нечто более человеческое, чем потрясенное воображение?Когда мы любуемся пейзажем, открывающимся с горной вершины, наблюдаем за рождением ребенка, смотрим на звезды в ночном небе, или шествуем на торжественном параде вместе с многотысячной толпой, в нас исчезает чувство обособленности и непричастности. Нам кажется, что мы сторонний наблюдатель и часть чего-то большего одновременно. Так проявляется то, что трудно принять, но невозможно отрицать — связь силы и покорности, сознания и понимания.

Психологи считают, что состояние восторга может подавлять стресс, апатию и периоды безразличия или повышенного внимания к себе. Восхищение помогает людям действовать с глубоким осознанием смысла и цели, перенося фокус их внимания с личных на общественные интересы. Эксперименты показали, что после нескольких секунд восторженного состояния у некоторых людей возрастает чувство альтруизма и жертвенности, повышается способность к совместному труду. Факты говорят о том, что трепет заставляет людей чувствовать себя частью чего-то большего, делает их менее самовлюбленными и более чуткими к потребностям окружающих.

К сожалению, сейчас не так много возможностей почувствовать настоящее восхищение. Люди реже выбираются в походы или на природу, за яркими огнями ночного города не разглядишь звезд, а желающих участвовать в творческой и культурной деятельности все меньше. Уроки живописи на открытом воздухе уступили курсам подготовки к стандартизированным тестам, необходимым для оценки школ. Да и шкалы для измерения восхищения не существует.

Мы начинаем бояться восхищаться, а потому все новое принимаем цинично и неприветливо.

Как и любое другое предельное состояние, восторг может быть использован. Фильмы пестрят спецэффектами и сценами грандиозных масштабов, чтобы возбудить ощущение изумления в определенном моменте сюжета. Для увеселения своих приверженцев диктаторы затевают огромные митинги, но всячески избегают аргументированных дебатов. Даже торговые центры стремятся провоцировать восхищение высокими потолками и огромными фонтанами.

На доли секунды состояние трепета обостряет чувства и очищает разум, делая его более открытым. Это помогает человеку принимать новую информацию, но в то же время делает его податливым для манипуляций. Однажды уязвленные подобной уловкой, мы дважды подумаем, прежде чем открыться этому чувству снова. Мы начинаем бояться восхищаться, а потому все новое принимаем цинично и неприветливо.

Однако несмотря на то, что над чувством исступленного восхищения могут надругаться, мы не должны отказываться от его облагораживающего потенциала. Существует разница между реальным трепетом и управляемым возбуждением — такая же как между странником, пораженным раздольем Большого Каньона и одним из многотысячной армии фанатиков на митинге националистов. Поддельное возбуждение не объединяет; оно превращает нас в потребителей или идейных приверженцев. Мы теряем общность, каждый по отдельности воображая собственные отношения с Великим Вождем.

С другой стороны, истинное восхищение навещает, когда его не ждешь. Оно не имеет цели, плана, личности; у него нет ни временных рамок, ни врага, которого нужно победить. Подлинный трепет вечный, безграничный, безраздельный. Он напоминает о том, что мы все принадлежим единому целому — если бы только мы могли удержать это осознание.

По материалам Ideas.TED за авторством Дугласа Рашкоффа

Переводила: Екатерина Егина
Редактировали:Дмитрий Пятаков, Анастасия Железнякова